Нахальство и нахрапистость Джины были столь очевидны, что София на мгновение оторопела.
— Или ты попросту не хочешь мне помочь? — продолжила Джина.
София помрачнела.
— Именно так! У меня нет ни малейшего желания помогать тебе. Я думаю, что тебе не следует питать излишних надежд.
Джина с видом оскорбленной добродетели гордо вскинула голову.
— Как быстро мы забываем добро, которое нам оказывают другие! Вот я не отказывалась помочь тебе в трудную минуту. Ни тебе, ни твоим детям… Когда‑нибудь я хлопала перед тобой дверью?
София резко взмахнула рукой.
— Джина, тебе пора уходить, — холодно сказала она. Выпрямив спину, расправив плечи и гордо запрокинув голову, Джина медленно прошествовала к выходу. В дверях она обернулась и оскорбленно заявила:
— Я еще доживу до того дня, когда вы двое, особенно ты, СиСи, которого я — к своему стыду — любила, будете испытывать отвращение за все эти дни. За то, что вы относились ко мне хуже, чем к плесени в своем вонючем розовом саду.
СиСи спокойно выслушал эту гневную тираду.
— Джина, я никогда не пожалею, что отмыл от тебя свои руки и свой дом, — решительно сказал он. — Если ты даже исчезнешь навсегда, я не испытаю ни малейшего сожалению по этому поводу.
Джина резко шагнула через порог.
— Посмотрим! — с угрозой в голосе произнесла она.
Хейли занималась текстами рекламных объявлений в редакционной комнате, когда туда вошла Джейн.
— Последнее время ты выглядишь очень подавленной, — сказала Джейн. — Может быть, тебе не стоит так сильно переживать по поводу разрыва с Тэдом?
Не поднимая головы, Хейли сказала:
— Но как ты не понимаешь, ведь мои чувства сильно задеты…
Джейн пожала плечами.
— Я, честно говоря, не совсем в курсе того, что произошло…
Хейли выглядела очень расстроенной.
— То, что я сделала, было не настолько плохо, как ему показалось. Ведь я тоже разочарована.
Джейн пожала плечами.
— А что он сделал не так?
Хейли хмуро посмотрела на подругу.
— В том смысле, как он думал, Тэд, конечно, ничего плохого не сделал…
Джейн нравоучительным тоном произнесла:
— По–моему, Хейли, люди всегда должны отвечать за свои поступки. Рано или поздно наступает время, когда нужно нести ответственность…
Хейли кивнула:
— Ну, конечно. Но сколько раз я должна была извиняться перед ним? Что мне нужно было ему сказать? Джейн развела руками.
— Ты должна была лучше это знать.
Хейли мрачно насупилась.
— Ко мне приходила Джина и просила кое‑что сделать для нее. Я ей говорила «нет». Тогда она сказала, что Тэд не поймет, если узнает о том, что я племянница Джины. А я сказала, что поймет, потому что он любит меня. Но, к сожалению, он даже не пытался меня понять.
Джейн усмехнулась.
— Да, представляю себе, как он воспринял все происшедшее. Это неправда… Это тоже неправда… Там я соврала, там я не договорила… Здесь что‑то сказала не так… И все равно он должен был понять… Ты никогда не представляла себя на его месте? Вот как бы он поступил, если бы оказался на твоем месте? Что должно было произойти, что бы заставило его сделать такое?
Хейли хмуро посмотрела на подругу.
— Джейн, а разве ты никогда не бывала в отчаянии? У тебя никогда не бывало трудных моментов, когда хотелось все бросить и уйти? Разве ты никому никогда не лгала? Не притворялась тем, чем ты не являешься на самом деле? Не выдавала себя за кого‑то иного?
Джейн уязвленно опустила глаза.
— Ну, не знаю, — неопределенно протянула она.
Хейли угрюмо покачала головой.
— Да, он вправе был относиться ко мне таким образом, если бы считал себя идеалом. Однако я знаю, что это не так. Когда у него был роман с Лейкен, он тоже врал ей и обманывал ее. И я об этом прекрасно знаю. Да, я тоже лгала, но как только я поняла, что означает быть племянницей Джины в доме Кепвеллов, мне стало стыдно за свою ложь. И поэтому я ушла. Хотя за правду мне тоже было стыдно. Если бы я знала, что влюблюсь в него, я бы так не поступила. Все было бы по–другому. Я лгу тогда, когда не знаю, что мне делать. Я знаю, что это плохо. Я очень хотела еще раз увидеть его, поговорить с ним, объяснить все… Но Тэд исчез. А тут еще эти звонки от Роксаны…
Джейн поспешила свернуть этот разговор.
— Ну, ладно. Я думаю, что сейчас кто‑то вряд ли сможет помочь тебе. Я думаю, что тебе стоит забыть Тэда. Только вот интересно, не потеряла ли к нему интерес эта самая таинственная Роксана?
Келли вдруг встрепенулась.
В коридоре, неподалеку от комнаты, в которой они с Перлом прятались от погони, послышались осторожные шаги.
Прислушавшись, беглецы поняли, что это не санитары и не кто‑нибудь иной из обслуживающего персонала клиники. Спустя несколько секунд они услышали тихий стук в дверь.
— Кто здесь? — испуганно произнесла Келли. Стук в дверь снова повторился.
На свой страх и риск Келли вытащила ключи и открыла дверь.
В комнату мгновенно нырнула Элис. В руках она держала халат медсестры и тонкое больничное одеяло.
Перл мгновенно вскочил с пола, не обращая внимания на больную ногу.
— Элис, как я рад тебя видеть! Чертовски рад! — радостно воскликнул он. — Мы уже боялись, что с тобой что‑то случилось.
Келли прижала палец к губам.
