Однако, Ник все еще не уходил. Он расхаживал по коридору перед дверью в палату Сантаны, озабоченно поглядывая на часы.
— Ну, наконец-то, — облегченно выдохнул он, когда увидел шедшего ему навстречу по коридору Круза Кастильо. — Я уже думал, что ты никогда не придешь.
— Я же обещал.
— Но уже очень поздно и я подумал…
— По-моему, в последнее время ты стал терять веру в людей, Ник. Так нельзя. Ну, ладно. Как она там?
— Ну, в общем, неплохо. Она выглядит уже не такой бледной, как днем. Надеюсь, что Сантана сможет быстро восстановить силы.
— А как у нее с нервами?
— По-моему, все в порядке, — уверенно сказал Ник. — Во всяком случае, я не заметил того нервного возбуждения, которое было у нее еще пару дней назад.
Словно в опровержение его слов из палаты Сантаны раздался дикий вопль и грохот разбивающегося стекла.
— Нет!.. Нет!..
Ник и Круз тут же бросились в палату. Их изумленным взорам открылась ужасная картина: с искаженным от злобы и ярости лицом Сантана швыряла в телевизор всем, что попадалось под руку. Когда, наконец, она метнула в экран большой стеклянной вазой от цветов, телевизор взорвался и погас. Всю палату заполнили клубы едкого дыма.
— Что случилось? — потрясенно спросил Ник.
— Это невыносимо! Я больше не могу это слышать! — кричала Сантана.
— Кого? — озабоченно спросил Хартли.
— Джину! Она кривляется и говорит какие-то гадости!.. Сколько можно?!
— Сегодня Лили Лайт дважды выступила перед аудиторией. Особого внимания заслуживает ее вторая встреча с публикой, на которой присутствовали представители известного семейства Кэпвелл, одного из самых влиятельных в нашем городе…
— Ну, что? Как тебе встреча с Лили Лайт? — спросил он.
Хотя поначалу лицо ее выражало явное неудовольствие, Джулия быстро нашлась.
— У Лили поразительный дар убеждения. Все поверили в то, что она способна творить чудеса.
— А тебе что, нужны практические доказательства этого?
— Нет-нет! — торопливо воскликнула Джулия. — Доказательства налицо.
— Вот как? — спросил Мейсон. — Очень любопытно было услышать такое от тебя.
Как обычно в местах наиболее интересных событий, рядом с Джулией выросла фигура Джины.
— Пример феноменальных способностей мисс Лайт я вижу перед собой, — сказала Джулия. — Когда образованный, остроумный человек ни с того, ни с сего облачается в белый костюм и ведет себя крайне вежливо с людьми, которых ненавидит, то я готова признать, что это чудо.
Она смерила фигуру Мейсона таким многозначительным взглядом, что другой на его месте наверняка бы смутился. Однако, перемены, произошедшие с ним, очевидно были столь глубоки, что он предпочел не заметить издевательского тона Джулии.
— Все не так просто, как тебе кажется, — кротко заметил Мейсон.
— Мейсон, расскажи мне правду. Как она обработала тебя? Она тебя долго мыла? — Джулия подмигнула.
— Довольно, Джулия. Это не смешно, — серьезным тоном сказал он.
— Это — чудо! — тут же воскликнула Джулия. — На долю секунды я увидела прежнего Мейсона — едкого и задиристого!
— Надеюсь, ты не относишься к Лили скептически? Джулия пожала плечами.
— В общем-то, нет. А что?
— Я знаю тебя, Джулия, — со вздохом сказал Мейсон. — В твоей жизни было много разочарований. Ты совершала отчаянные и дерзкие поступки. Готова ли ты стать на путь праведный?
