— Ну, большая часть мировой литературы построена на насилии… А любое насилие можно классифицировать с юридической точки зрения… Например, известный библейский сюжет про Фамарь и Амнона классически подпадает под статью «изнасилование». «Гамлет» содержит в себе целый букет преступлений — мы насчитали около десятка… По современным меркам, конечно… А вообще настоящий справочник криминалиста — мифы разных народов… А еще более — сказки. Даже в невинных сказках про Красную Шапочку или Белоснежку можно найти несколько серьезных уголовных преступлений…
— Неужели?..
— В его антологии было практически все, — заверила Уэйнрайт.
— Даже… — Мейсон, наморщив лоб, несколько секунд размышлял, после чего произнес: — Даже заведомый подлог с целью незаконной наживы, как у этого мелкого проходимца?..
— Представь себе…
— И что же за баллада?..
Джулия, откинувшись на спинку кресла, принялась декламировать:
Джоя Холмс и Билл, его сынок
уютно жили: шла
по почте рента Джону, в срок —
тридцатого числа.
Случился грустный номер:
Родитель взял да помер.
Такие вот дела.
«Джон Холмс! Я так тебя любил!
Без ренты мне — беда!»
И обложил папашу Билл
Солидным слоем льда.
Заклеил щели, фортки,
Темнела в белом свертке
Отцова борода.
Билл закупил двоим еды —
Отец хворает, чай.
Воняло — Билл на холоду
Готовил завтрак, чай.
А почтальон клиенту
носил всю ту же ренту, —
Ну что ж, хворает, чай.
Уже зима невдалеке
А Холмсы все вдвоем
Билл — в уголке, Джон — в леднике,
и каждый при своем.
На дверь,
на стены,
на пол
сынок духов накапал
и замерзал живьем.
«Джон Холмс, — шептал ночами Билл, —
любимый мой отец! Тебя я вовсе не убил.
Мне жаль, что ты — мертвец!
не надо гнить, не надо,
ведь я рехнусь от смрада,
коль ты сгниешь вконец!»
И все‑таки пришел каюк
терпению сынка.
Джон Холмс во все,
во все вокруг
проник исподтишка.
Нашли висящим Билла,
и рента, видно было,
торчит из кулака.
Мейсон выслушал Джулию с видимым интересом, после чего произнес:
— И все‑таки… По всей видимости, этот твой Дейл Уэбстер был большим любителем черного юмора…
Джулия, поняв, что ее декламация немного развлекла Мейсона, поспешила продолжить:
— Ну, это еще что!.. Представь, Мейсон, ты ведь профессиональный юрист, как и я: много ли можно найти в литературе примеров, которые бы подпадали под статью «пособничество в побеге из мест заключения»?..
Мейсон растерянно пожал плечами.
— Не знаю…
— Но ведь ты профессиональный юрист…
— Но не профессиональный литератор — а таким, наверняка, был твой Дейл Уэбстер… А что, он умудрился раскопать какой‑то стишок и на эту тему?..
— Представь себе, — произнесла Джулия и, не спрашивая у своего собеседника согласия, вновь принялась декламировать:
Марту Фербер стали гнать с панели
— вышла, мол, в тираж. — и потому
нанялась она, чтоб быть при деле
экономкой в местную тюрьму.
Заключенные топтались тупо
в камерах, и слышен этот звук
был внизу, на кухне, где для супа
Марта Фербер нарезала лук.
Марта Фербер вдоволь надышалась
смрада, что из всех отдушин тек,
были в нем и тошнота, и жалость,
дух опилок, пот немытых ног.
В глубине крысиного подвала лазила
с отравленным куском;
суп, что коменданту подавала
скупо заправляла мышьяком.
Марта Фербер дожидалась: рвотой
комендант зашелся: разнесла
рашпили по камерам: работай,
распили решетку — все дела.
Первый же, еще не веря фарту,
оттолкнул ее и наутек —
все, сбегая, костерили Марту,
а последний сбил кухарку с ног.
Марта Фербер с полу встать пыталась;
воздух горек сделался и сух.
Вспыхнул свет, прихлынула усталость,
сквозняком ушел тюремный дух.
И на скатерть в ядовитой рвоте
Лишь успела искоса взглянуть,
прежде чем в своей почуять плоти
рашпиль, грубо распоровший грудь…
Эту уголовно–лирическую балладу Мейсон слушал рассеянно — по его виду было заметно, что он выслушал эту балладу в исполнении Джулии разве что из чувства приличия — его занимали совершенно иные мысли.
И все‑таки… Ведь нам надо как‑то защищаться на предстоящем суде?..
Джулия кивнула.
— Несомненно…
— Что же делать?..
Джулия не ответила на этот вопрос своего подопечного, словно не расслышав его — или, скорее, сделав вид, что не расслышала…
И лишь когда они вышли из кафетерия, она, дружески посмотрев на Мейсона, произнесла:
— Мне кажется, тебе пока не стоит думать об этом…
Отправляйся домой и приведи себя в порядок… А об остальном подбочусь я сама…
