А вручал мне награду начальник инженерных войск 2-го Украинского фронта генерал Цирлин, который был у меня начальником училища. (
Удостоверение ГСС
А всего у нас в батальоне было пять Героев. Четыре живых: Фадеев, катерист Климов, я, кто-то еще и Погосян посмертно.
Калиберда и Козлов Иван Андреевич, 1945 г.
Техническим взводом я где-то с год командовал, а потом меня назначили помощником командира мостовой роты. Перевозили понтонные парки. И закончил войну старшим лейтенантом.
Как сложилась ваша послевоенная жизнь?
Еще война не кончилась, а меня с Ваней Козловым направили в Высшую инженерную офицерскую школу. Приехали в Нахабино, тут как раз война кончилась, и я ему говорю: «Ваня, это нам ничего не дает. Чтобы получить высшее образование, все равно придется учиться в Академии или в институте. Я буду просить, чтобы меня отпустили!» Он согласился: «А ты знаешь, я тоже!» И нас из школы отпустили.
Белоглазов Иван Васильевич
Но потом я не стал поступать в инженерную академию, потому что здоровье стало подводить. Поступил в юридическую. После академии меня направили в Житомирскую область. Прослужил там год, только освоился, приходит телеграмма — «откомандировать Калиберду в штаб округа!». С тех пор живу во Львове. Много лет проработал в военной прокуратуре. Здесь, кстати, мы вместе работали с моим товарищем, который принял мой взвод, когда меня ранило на Днепре. Потом под Житомиром при разминировании ему оторвало правую кисть. Так он научился левой писать, окончил юридический институт.
И. А. Калиберда (в центре), 2013 год
Потом меня назначили помощником прокурора Прикарпатского военного округа по делам о государственных преступлениях. Много занимался реабилитацией репрессированных. И оуновцев, которые случайно попали.
И много таких было?
Много. Например, та молодежь, которую бандеровцы заставляли грипсы носить. А что ему остается? Отказаться? После форсирования Днепра наш комбат Потопольский ушел на повышение на бригаду. От него командование принял Маркарян. И уже в Карпатах он вместе с Белоглазовым поехал в штаб округа, и пропали. Так и не нашли. Не для того их бандеровцы взяли, чтобы нашли…
Сейчас все жалуются на трудную жизнь, экономические проблемы. Как живется вам?
В своем родном селе я пережил голодомор. Разве после этого меня может что-то напугать? Есть хлеб, есть молоко, что еще нужно старому человеку? Был бы покой…
Но я прожил счастливую жизнь. То, что остался жив, это мое первое счастье. То, что получил такую награду, это второе счастье. Что всю жизнь прожил с любимой женой, есть дети, внуки, правнуки, это тоже счастье…
Я родился 22 февраля 1921 г. в с. Незавертайловка Слободзейского района, тогда Молдавской АССР.
С. А. Данич. Фото времен войны
Семья у нас была типичной для крестьянства того времени — шесть детей. Жили мы трудно, но в то время мало кому легко жилось. После окончания семилетней средней школы я окончил в г. Балта (столица МАССР) педагогический техникум и год отработал учителем в родном селе. Но учителем я быть не хотел, а мечтал быть военным. Вы себе даже не представляете степень авторитета и престижа армии, которые были в то время. Наше село тогда было пограничным, и у нас постоянно был контакт с пограничниками. Но особенно я хотел быть летчиком, во многом из-за того, что у них была шикарная форма: невиданные кожаные шлемы, куртки и сапоги мехом наружу, не говоря уже об аэропланах, которые тогда казались волшебными машинами. Во время работы в школе я связался с райвоенкоматом и попросил направить меня в летное училище, если появится такая возможность, но вскоре меня вызвали и предложили вместо летного поступить в Борисовское военно-инженерное училище в Белоруссии. Я согласился и отучился там с 1938 по 1941 г. Экзаменов при поступлении не было, только медкомиссия и собеседование.
Как вы оцениваете подготовку, которую вы получили в училище?
