– Минуты 3… мне нужно сообщить своим, что сюда безопасно можно приехать, – с мягким акцентом на русском языке сказал неславянской национальности торговец и по рации про солдатах на всё том же русском языке сообщил оставшейся в укрытии гильдии, чтобы прибывали на мену. Как оказалось, торговцы прятались за холмом и как только был подан зелёный сигнал, тут же выехали из-за него на открытых сверху внедорожниках на маленькой скорости, тряся своими побрякушками от постоянно попадающихся кочек.
Торговцы были одеты в плащи, сапоги и грубые штаны, они вышли из машин и абсолютно безоружные начали идти к окопу. Солдаты, хоть и держали в руках автоматы, но их не наставляли на идущих, делая как можно спокойное и расслабленное выражение лица, но внутри новенькие испытывали напряжение, поэтому салаги очень тщательно следили за каждым движением незнакомцев, хотя со стороны так не казалось. После процедуры любезностей, которые, конечно же, были лицемерны, и те, и другие прекрасно это понимали, но нарушать традицию не спешили, так как не сулило ничего хорошего.
Прохоров достал из кармана смятый листок, в котором были записаны фамилии участников торга, которые по 6 человек вылезали из окопа и шли с пожитками к внедорожникам, хранящим сокровища. Сначала шли более опытные и сумевшие договорится, затем остальные. Майтанов вместе с Еремчуком оказался в первых рядах, поэтому у него был хороший выбор. Он за копейки продал своё барахло, которое без раздумий было принято торговцами: вместимость кузова пикапа позволяла забрать товары, которые торговцы всё равно выгодно сумеют пристроить, и солдаты чаще покупали, чем продавали. А покупать у барыг было что: магнитофоны, модная яркая одежда, часы, консервы, телефоны, браслеты, книги, лампы, модернизированное кустарным способом оружие, DVD с порно, шоколадки (шоколадки были в дефиците и стоили, соответственно, очень дорого), даже картины и много чего ещё. Торговцы понимали, что солдату скучно и им некуда прямо сейчас тратить деньги, поэтому цены были завышены. Прелесть деятельности торговцев заключалась в том, что те вещи, которые они продавали, были запрещены в военных подразделениях, где легально нельзя было их достать, например, наркотики, а покупка у торговцев не вызывала вопросов, так как чтобы попасть на эту сходку, необходимо было передать 30 серебряников одному человеку.
Саша забрав из военной бухгалтерии малую часть зарплаты, заработанной пока он был на войне (солдатам не полностью выдавали зарплату при военных действиях, чтобы те их не проиграли в картах или не спустили у торговцев, по крайней мере, так говорили военным, хотя на самом деле так делалось, чтобы снижался риск дезертирства, без денег сложно решать подобные проблемы, очень сложно) купил себе только 4 шоколадки, чтобы порадовать себя любимого и на этом шопинг младший лейтенант завершил, вернулся в окоп, где ожидал, пока остальные накупят всякой фигни. Были слышны всё время шутки, из разряда, “нам оставьте хоть что-нибудь”.
Через 1 час всё было закончено и уже начало темнеть. Это был сигнал, что пора сворачивать ярмарку, солдаты и торговцы достаточно тепло для такой ситуации попрощались и каждый довольный полученным результатом, ушли в противоположные стороны.
Глава
11
Прошло 3 месяца после первой встречи Майтанова с торговцами. Вы меня спросите: почему ты не пишешь хоть немного о тех событиях, произошедших в эти 3 месяца? Ответ прост, во-первых, никаких важных событиях не произошло, во-вторых, мне просто лень из-за первого пункта (особо умные сказали бы при подобной ситуации, что просто использовали прием – Чеховское ружьё – но я не из таких, я честный).
Александр Майтанов лежал на койке и перечитывал письмо Михаила Вейпиченко. Тот писал, что у него все хорошо, устроился на новую работу помощником менеджера в крупной рекламной компании через связи, бухнув с человеком, о котором Миша не самого лестного мнения. Письмо шло 2 недели, как это обычно случалось, и к нему должна была быть прикреплена посылка, но её не оказалось. Михаил написал об этом в письме, что отсылает ему подарок – шахматы – в надежде на то, что он всё-таки дойдёт. Саша усмехался, перечитывая этот момент, потому что ни шахматы, ни даже деревяшки в пакете вместо шахматы не наблюдал.
– Товарищ старший лейтенант, вас вызывает к себе полковник Макаров в штаб к себе в кабинет, – сказал солдат, вошедший в комнату с докладом.
– Полковник Макаров?
– Так точно.
– Хорошо, иди, – сказал Майтанов, немного полежал на кровати, засунул письмо в ящик стола, надел шинель и покинул тёплую комнату. Ему пришлось выйти из целой квартиры, которая теперь служила пристанищем для солдат, реставрированная до состояния, при котором возможно нормально жить. Про подъезд такого нельзя сказать, потому что штукатурка обвалилась, стекла выбиты, в местах отсутствовали куски бетонной стены.
