– А вот за меня уж точно не стоит волноваться, – улыбнулся Хранитель, понимая, что его действия принесли свои плоды. – Мне абсолютно все равно, как меня называют, – заверил он друга, отстраняя ладонь от мягкого хлопка футболки. – Тем более, я даже не совсем понимаю, что это слово значит, – смущенно признался рыжий, отступая и пряча взгляд от вмиг загоревшихся любопытством голубых глаз.
– Ты серьезно? – и нескрываемой насмешки в голосе Микки. – Как ты, блять, тогда меня вообще понимаешь?
– Чаще всего через слово, – усмехнулся Хранитель, чувствуя, что недавнее напряжение между ними ушло, и заметно расслабляясь.
– Пиздец ты, – вынес свой вердикт Милкович, широко улыбаясь наивности друга, и наклонился за валяющимся на земле ножом, оставшимся небольшой памятью о продолжительном сроке заключения.
– Эм? – вопросительно посмотрел на него Йен, встречая уже нескрываемую усмешку в ответном взгляде выпрямившегося парня.
– Тормоз ты, говорю, – попытался объяснить свое замечание Микки, но так и не смог подобрать более удачного определения, хмыкнув на тут же всплывшую в фантазии идею составить рыжему персональный словарь матершины, как общепринятого характера, так и собственного сочинения, обязательно проследив за тем, чтобы Хранитель выучил его от корки до корки и вовремя мог применить тот или иной красочный эпитет.
***
– Так, что означает «пидор»? – поинтересовался Йен тем же вечером, придвигаясь ближе к Микки по скамейке и понижая голос до шепота, не сумев сдержать внутри интереса, с момента дневной стычки занимающего его размышления.
– Ну… – обещая Милковичу различного рода трудности в расшифровке подобных определений при составлении его словаря. – То же самое, что «гей», только грубо, – попытался объяснить брюнет.
– Но ведь ты гей, почему тогда ты разозлился на это слово? – с неподдельной наивностью во взгляде решил уточнить Хранитель.
– Потому что это не одно и то же, – ответил Микки, противореча самому себе.
– Но ты сказал…
– Блять, это как бы и одинаково, но и абсолютно разное, – путаясь в собственных мыслях, пояснил брюнет. – «Гей» – это тот, кому нравятся мужчины, а «пидор» – тот, кто обрызгал тебя из лужи, не тормознув перед пешеходным, – радуясь выбранному сравнению добавил он.
– Но ведь у тебя нет машины, и мы не трогали этих ребят сегодня, почему…
– Ебаный в рот, – простонал Милкович, понимая, что затея обучить рыжего крепкому слову не так уж и хороша. – Просто запомни, что «пидор» это грубое обозначение гея, все, – подытожил он, не желая больше продолжать возню с одним единственным словом. – Я не знаю, как это еще объяснить, блять, – и поджал губы, сдаваясь.
– А это «блять»? Ты часто говоришь его, – усложнил задачу Хранитель, получая в ответ тихое рычание из груди своего подопечного.
– Сука, это не легче, – усмехнулся Микки, сжимая пальцами переносицу. – Все зависит от того, когда ты скажешь его, – начал анализировать он. – Бля, нет, мне надо подготовиться, – замотал головой он, окончательно заплутав в терминологии и количестве вариаций расшифровок. – Сегодня остановимся на «пидоре».
– На «пидоре», – с готовностью кивнул рыжий, изображая полную осведомленность в изученной теме, чтобы не показаться полным глупцом.
– Только это, не злоупотребляй этим словом там у себя, – посоветовал Милкович, задрав кверху палец, мысленно представляя разгуливающего на облаках Хранителя, награждающего звучным определением каждого встречного.
– У нас там нет луж, – усмехнулся Йен, вспоминая попытки Микки донести до него значение этих пяти букв, – и геев я тоже не встречал, – пожал плечами он, замечая изменение на лице собеседника.
Потерявшем легкую улыбку и побледневшем уже через мгновение.
– Бля, точно, – когда его обладатель вспомнил о запланированном разговоре, – ты извини меня.
– За что? – нахмурился рыжий, не понимая, о чем идет речь.
– За тот поцелуй, – едва слышно уточнил Милкович, опуская голову и пряча взгляд. – Я знаю, у вас там это типа грех, – пояснил он, заметно краснея, – но ты скажи, что это я сам… тебя…
– Мик, я, кажется, говорил, что мы не ангелы, – остановил его Хранитель, накрывая ладонью руку друга в желании заверить в нормальности произошедшей ситуации. – Нет, конечно, нам грешить тоже не желательно, но крылья у меня никто не отнимет, – разряжая обстановку, усмехнулся он. – У меня их просто нет, – и напомнил подопечному подобный этому разговор многими годами ранее.
– Все равно извини, – но тот расслабиться до конца не смог. – Нужно было спросить разрешение перед тем, как… Блять, не нужно было вообще тебя целовать, – путаясь в собственных мыслях, хаотично скачущих в голове, осекся он.
– Ага, и мне бы пришлось ждать своего первого поцелуя еще пятьсот лет, – прокомментировал вслух его высказывание рыжий, заставляя резко поднять голову и распахнуть глаза в удивлении.
– Только не говори, что я… Бляяаать, – хватаясь за волосы, пробормотал Микки, зажмурившись, понимая, что не просто без спроса поцеловал друга, так еще и украл у него первый. – Пиздец, я.
