Маллори рассказывает свой план и показывает сосуды с питанием. Адель внимательно ловит каждое его слово, а потом, фыркнув, уходит. Я сажусь рядом с Вергилием и беру его за руку. Тот открывает глаза и тяжело сглатывает. Увидев Рика, он слабо улыбается.
– Пришел попрощаться? – спрашивает он.
– Скорее пожелать удачи, – садясь на край постели, отвечает Рик. Он берет Вергилия за руку и слегка сжимает. – И проследить, чтобы ты не перепутал берега.
Вергилий непонимающе смотрит на него.
– Я дам тебе питание, которое убьет тебя, – поясняет Маллори. – Настройка подаст сигнал, что тебя больше нет и отключится. Дана ее вычистит у тебя из-под кожи, и сердце снова запустится.
– Звучит, как отличный план, – говорит Вергилий.
– В котором дыр, как в бублике, – замечает Рик.
– Не буду лукавить, может ничего не выйти, – говорит Маллори.
– Но на моем будущем это не сильно отразиться, – шутит Вергилий.
У меня щиплет глаза, и я часто моргаю, чтобы не заплакать. Маллори подзывает меня к себе и указывает на набор с инструментами, похожими на медицинские, хотя и очень отдаленно.
– Времени будет мало, – говорит Маллори, наблюдая за мной. – Затянешь операцию – он умрет и никакого чуда не будет. Понятно?
– Да. Если с ним пройдет все успешно, то можно ли будет сделать такую операцию Рику?
– Давай не будем опережать события, – говорит Маллори, проводя рукой по волосам. Он нервничает, и я замечаю, как дрожат у него губы. Перевожу взгляд на Вергилия, который о чем-то тихо говорит Рику. Тот едва заметно кивает. – Спроси, готов ли твой приятель.
Когда я подхожу к постели, парни замолкают. Это наводит меня на мысль, что они говорили обо мне.
– Что, пора? – спрашивает Вергилий, глядя на меня.
– Чем быстрее мы все сделаем, тем лучше, – с легкостью произношу я. – Ты готов?
– Нет, но разве это имеет значение? – слабо улыбается Вергилий. Маллори с сосудами в руках подходит к постели. Замечаю в глазах брюнета страх, но он быстро исчезает. У меня перехватывает дыхание. Жадно пытаюсь втянуть в себя воздух, но не чувствую, как он проникает в легкие. Обычно так бывает, когда я на взводе, и меня вот-вот накроет паническая атака. Нервно облизываю губы, чувствуя, как пылает лицо. Рик поднимается и отходит в сторону, уступая мне место. Сажусь рядом с Вергилием и беру его за руку. Он чуть вздрагивает и сжимает мне пальцы.
– Ты мне обещала…– тихо говорит Вергилий.
– У тебя только одна возможность проконтролировать меня – вернуться.
Вергилий кивает и прикрывает глаза. Маллори дает мне инструменты и усилием воли отправляет в грудную клетку брюнета, похожий на дым, сгусток энергии. У меня язык не поворачивается назвать эту смесь питанием.
– Начинаем, – проверив пульс на запястье Вергилия, командует Маллори. Беру в руки скальпель и разрезаю кожу брюнета над бровью и спускаюсь к виску. Черная, как смола жидкость, льется на белую ткань простыни. Я спешу, и от сердцебиения у меня звенит в ушах. Нужно хорошо вычистить рану, чтобы там ничего не осталось.
– Поторопись, – произносит у меня над ухом Маллори. – Пора его возвращать.
У меня по вискам струится пот, я давно так не психовала во время операции. В прошлом я всегда знала, что делать, под рукой у меня было все самое необходимое, и рядом был Леня, который был богом в своем деле. Даже если случался форс-мажор, он всегда знал, как вырулить ситуацию и спасти пациента. Сейчас у меня нет такой страховки.
– Время, Дана! – через мгновение напоминает мне Маллори, выпуская из сосуда красный шар. Рик произносит что-то похожее на ругательство. Заканчиваю чистку и, взяв протянутую блондином иглу, делаю несколько стежков.
– Готово, – шепчу я, делая шаг назад.
Маллори опускает красный шар в солнечное сплетение Вергилия. По его телу пробегает судорога, но пульс не появляется.
– Черт! – ругается Маллори и хватается за другой сосуд, где танцует бордовое пламя. Такого я еще не видела! Оно влетает в тело Вергилия и тот начинает сиять, но сердце все равно молчит. Бросаюсь к нему, чтобы сделать искусственное дыхание, но Маллори хватает меня за талию и удерживает на месте.
– Нельзя, – сурово произносит он. – Если питание не сможет его вернуть, значит, мы его потеряли.
– Но если есть возможность, зачем от нее отказываться? Я ведь знаю, что делать! – возмущаюсь я.
– Не сомневаюсь в этом, – отвечает Маллори, и в тело Вергилия врывается темно-зеленая энергия, похожая на желе с мерцающими частицами.
– Вергилий! – кричу я. – Вергилий!
Сердце Вергилия молчит. Маллори приподнимает ему веки и качает головой. Его идея потерпела фиаско. Он выглядит бледным и очень виноватым. Нервно кусает губы, так что на них выступают капельки крови. В комнату вплывает Адель, окидывая нас холодным взглядом.
– Ничего хорошо сделать не можешь! – шипит она, подходя к Маллори. – Неудачник! Лучше бы ты умер, а не наш старший брат! Это было бы справедливей!
Радуюсь, что Маллори этого не слышит. Это было бы слишком жестоко.
– Озвучь, – требует Адель, садясь на край постели. Она проводит рукой по лицу Вергилия и наклонившись, целует в лоб. Меня передергивает от этого, и я отворачиваюсь.
– Нет.
