Мисс Стелла наклоняется вперед и берет огненную палочку: пропитанный керосином марлевый шарик на конце металлической проволоки. Она окунает шарик в огонь, и тот сразу же вспыхивает.
— Яркий сияющий шар, вращающийся в пространстве. — Мисс Стелла водит пылающим шариком по широкой дуге. Ее лицо озаряется; искры и переливы дешевых украшений делают его еще красивее.
Пруденс наклоняется вперед с тихим «ох-х-х!».
Тео зачарована, несмотря ни на что. Она больше не закатывает глаза.
Когда Некко сидит с этими женщинами, тоска по матери наваливается на нее с силой обрушившегося здания, вытесняя все остальное.
— Огонь — это жизнь, — громко восклицает мисс Стелла.
— Огонь — это жизнь, — нараспев произносят остальные женщины.
— Огонь — это дух, — говорит мисс Стелла.
— Огонь — это дух, — эхом откликаются остальные.
— Огонь, поддержи меня, — говорит мисс Стелла. — Огонь, покажи мне видения того, что будет.
Она открывает рот и кладет внутрь пылающий факел, потом смыкает губы и глотает пламя, выпуская из ноздрей струйки дыма, ее глаза закатываются.
Пру снова изумленно ахает, потом начинает хлопать, как будто смотрит на глотателя пламени в цирке. Но это не цирк. И это лишь прелюдия к тому, что будет дальше.
— Скажи мне, Некко, что ты хочешь узнать? — спрашивает мисс Эбигейл.
— Я хочу знать, что на самом деле произошло в день наводнения. Я хочу знать, кто такой Змеиный Глаз и видела ли я его в тот день. Я хочу вернуть свои воспоминания. Я надеялась, что если приму зелье, то оно покажет, что мне нужно знать.
Мисс Эбигейл смотрит на Некко, потом закрывает глаза.
— Зелье не для тебя, дитя. Оно никогда не предназначалось для тебя, особенно теперь. — Она открывает глаза и многозначительно смотрит на Некко; ее взгляд переходит с лица девушки на ее живот, где растет младенец. — Тебе нужно искать в собственной памяти.
— Но я не помню, — раздраженно говорит Некко. — Каждый раз, когда я спрашивала об этом маму, она выдумывала разные истории. Говорила мне, что потоп разрушил наш дом, погубил папу и Эррола. Но это неправда.
Мисс Эбигейл кивает и закрывает глаза.
— Иногда люди, которые любят нас сильнее всего, идут ради нас на огромные жертвы. Они готовы сделать что угодно, лишь бы защитить нас.
— Знаю, она думала, что защищает меня, — говорит Некко. — Но теперь мне нужна правда.
— Я могу рассказать тебе то, что знаю сама. Это не все, что тебе нужно знать, но для начала достаточно. Ты уверена, что готова? Ты готова услышать это сейчас?
— Да, — отвечает Некко. — Я готова.
— Тогда давай начнем, — говорит мисс Эбигейл, и, словно по сигналу, все четыре женщины берут свои факелы и зажигают их. Огонь освещает их лица и отбрасывает длинные танцующие тени, когда женщины встают и начинают раскачиваться.
Именно в этот момент Некко понимает, что ее мать не ушла безвозвратно. Некко ощущает ее присутствие здесь, вместе с этими женщинами. Ее мать — призрак в тенях. Брызжущий дождь искр, вылетающий из костра и повергающий их в трепет.
Фред останавливается у маленького голубого бунгало с садовыми гномиками, разрисованными шарами и разноцветными вертушками, украшающими передний двор. Хотя уже совсем темно, над парадным крыльцом горят две лампочки, а фонарь на столбе у подъездной дорожки заливает ее ровным светом. В конце дорожки стоят два автомобиля, — старая «Тойота Королла», а за ней автомобиль, который Фред уже видел раньше: винтажное черное купе MG. Даже с этого расстояния он видит тень Девы Марии над приборной доской. Человек из кофейни с татуировкой в виде игральных костей должен быть здесь. Возможно, и парень тоже.
Дело принимает интересный оборот.
Фред пишет новое сообщение своему брату: «
Фред осматривает окрестности. Дома стоят довольно близко друг к другу, и дом Джудит Теннер, освещенный, как рождественская елка, хорошо виден со стороны пяти или шести ее соседей. Последнее, чего хочет Фред, — это проникнуть туда, рискуя, что какой-нибудь бдительный сосед вызовет полицию. Впрочем, задний двор выглядит многообещающе: там довольно темно. В голове Фреда зреет план объехать вокруг дома и попробовать задние подступы, когда парадная дверь открывается и пожилой человек с татуировкой выходит на улицу. Он ненадолго задерживается на крыльце, чтобы обнять женщину, которая появляется в дверях за ним. Она высокая и одета в голубое платье. Они обнимаются, потом целуются. Долгий, тягучий поцелуй говорит Фреду о том, что они любовники. Фред нагибает голову и делает вид, что всецело сосредоточен на своем мобильном телефоне, когда мужчина спускается с крыльца, садится в автомобиль и задом выезжает на улицу. Он уезжает; задние огни отдаляются, как два тусклых красных глаза.
