— …чей-нибудь — уж пробил час! — закончила Аня.
— Конечно, конечно, эти великие стихи не входят в школьную программу! — убежденно заявила Раиса Андреевна. — И поверьте, вы можете перетряхнуть всю молодую Ригу, и никто из них даже не слышал об этом произведении! Такое знание требует культуры и любви! Как я счастлива, что у Витеньки наконец появилась достойная девушка!
— Я не появилась, — ответила Аня. — Я просто пришла…
— Ай, бросьте! Вы просто скромничаете в силу хорошего воспитания, я же вижу! У нас с вами одна задача — удалить из жизни Виктора эту ужасную продавщицу Галину, это животное! Не знаю, насколько вы знаете Виктора, но поверьте, он человек тонкой душевной организации! В этом кошмарном техникуме он оказался совершенно случайно, не поступил на филологический факультет нашего университета и, чтобы — простите, это, конечно, семейная тайна, — чтобы не попасть в армию, где просто чудовищные условия для культурного юноши, пошел в техникум. Но все равно, у него большое будущее в гуманитарной сфере, в сфере культуры! Он не читал вам своих стихов?..
— Да нет! — Аня уже устала от ее словесного напора. — Я его знаю очень мало.
— Узнаете! Я помогу вам узнать его со всех сторон! Он очень трогательный мальчик! Но я не удивлюсь, если эта вульгарная особа уже предлагала ему свои услуги, простите, в кровати! Что было бы ужасно!
— Да, конечно, ужасно, — ответила Аня, изобразив на лице отвращение, но от дикого смеха у нее дрожали все внутренности.
— Ах, как мы сразу поняли друг друга! Вы меня простите… Вы… девственны?
— Что? — пришлось сделать вид, что вопрос непонятен.
— Ну, у вас не было мужчин?
— Ой, что вы! — пискнула Аня.
— Я так и думала, так и думала! Но кошмарная Галина — всего лишь полбеды, еще опасней дружба с человеком по имени Олег Рябиков! Я жду от него всего чего угодно! Слава Богу, на сегодняшний момент он сломал ногу!
— Кто? — быстро спросила Аня.
— Олег! В последний день на картошке сломал ногу! Лежит в больнице на улице Дунтас. И вот что еще я вам скажу… Подите сюда!
Она схватила Аню за руку, подтащила к шкафу и распахнула створки.
— Все его вещи Виктор привез к нам, надеюсь, временно. Вот! Вы взгляните на этот костюм! Поверьте, это очень дорогая вещь, из натуральной шерсти, совсем не по карману одинокому студенту!
Костюм Аня узнала сразу. Костюм производства далекого острова Крит. До своего владельца он наконец добрался, но владелец — будем надеяться, временно — воспользоваться им не может.
— Мой муж, папа Виктора, только на нашу серебряную свадьбу смог позволить себе такую вещь! Все это очень подозрительно, Аня.
— Он сильно сломал ногу? — спросила Аня, почувствовав, что у нее закружилась голова.
— Кто?
— Олег.
— А! Ничего опасного нет. Но мой дурачок бегает к нему через день! Слава Богу, там очень строго с приемными часами, а то бы он там и ночевал! Мне это очень не нравится! Окружение Виктора тянет его вниз, в то время как у него совсем другая дорога! Анечка, я вас прошу, прошу как мать, сделайте как-нибудь так, чтоб он был изолирован от этой безобразной компании!
— Но… С кем он тогда останется?
— Да с вами, моя дорогая! Я больше скажу! Я приму в этом вопросе посильное участие! Скажем, так… Я могу оплачивать ваши выходы в концерты, в филармонию, в оперу, на балет! Здесь сейчас очень хороший балет!
— Но я совершенно не интересую Виктора! — наконец засмеялась Аня.
— Он просто вас еще не увидел! А может быть… Господи! Конечно! Да он же спит с этой лахудрой, вот в чем дело! Как всякий мальчишка, познал первую женщину и решил, что она лучше всех! Да-да! — Она покосилась на Аню и отвернулась. — Конечно, ни к чему подобному я вас не призываю. Но… Но если вы примете участие в нашей семье, то я… Я вам сделаю хороший подарок, Аня.
Говорить больше было не о чем, но уйти сразу не удалось, пришлось еще пить кофе, выслушивая возвышенные дифирамбы недюжинным, но еще скрытым от человечества талантам Виктора Сартакова, который, по убеждению мамы, был рожден для жизни неординарной.
Возражать Аня и не пыталась, по своей давней привычке делала вид, что с интересом слушает собеседницу, поддакивала и совершенно не вникала в смысл ее слов, думая о своих проблемах и составляя планы собственных действий.
— Договорились?
— Да, — ответила Аня, не понимая, о чем они заключают договор.
— Вот и прекрасно! Как только он вернется, я сразу же заставлю его вам позвонить. У вас есть телефон?
— Виктор его знает.
Аня решительно не хотела, чтоб эта навязчивая женщина, уже посчитавшая ее, Аню, своей союзницей, имела с ней прямые контакты.
— Если возникнет необходимость, я сниму для вас с Витенькой отдельную квартирку… Я понимаю, что у вас с вашими родителями тоже могут возникнуть трения, но все будет хорошо.
