Дорога представляла собой небольшие прямые участки дороги, за которыми следовали все новые и новые повороты. Разогнаться больше 50 км/ч было невозможно. Но Роберт никуда и не спешил. Ему нравилось огибать эти гигантские, дышащие прохладой леса. В темноте они выгладили чертовски пугающими. Почему-то, именно сейчас Роберту захотелось оказаться там, в кромешной тьме, вдали от всего, от людей, от проблем, от боли, от Бога. Смотря, как дорога уходит в поворот, сбрасывая скорость и поворачивая руль, он думал о том, какая сейчас тишина и прохлада стоит в лесу. Как, едва слышно шуршат огромные ели от легким порывов осеннего ветра. Роберт представил, как он лежит на холодной траве и, сквозь огромные кроны деревьев, смотрит на звезды. Корни деревьев обвивают его руки и ноги. С едва слышимым треском, они утянут его под землю. Туда, где лишь одна тишина, где нет место для боли.
Он провел рукой по лбу, ощутив две больших шишки, которые ужасно зудели, но чесать их было невыносимой болью. Лишь слегка проведя по ним рукой, Роберт ощутил боль, такую сильную, что его правая рука с силой вцепилась в руль, а глаза инстинктивно зажмурились. Все тело пробил пот.
На часах было 00:47. Пикап медленно остановился у поселения
По телевизору это были большие поселения. Пять огромных улиц, более трехсот домов, которые представляли собой хорошо обустроенные жилища, со всеми коммуникациями для жизни. Улицы были асфальтированы и освещены. Рядом с каждым домом стоят мусорные баки, которые дважды в неделю забирают специальные машины.
В действительности, все обстояло куда проще. Две небольших улицы и, от силы, сотня домов. Никакого освещения, кроме металлических баков, в которых, воняя на всю округу, догорал мусор. Вместо асфальта, просто гравий. Роберт вспомнил, как Джейн Самерс читала список беженцев, живущих рядом с их городом.
Роберт подошел к главным воротам, над которыми весел большой плакат с бывшим президентом, Рупертом Гринном, который широко улыбаясь, держал на руках маленького мальчика. В руках у беженца была пластмассовая машина, на двери которой был нарисован флаг США. Лозунг над плакатом гласил:
Роберт посмотрел направо, где в миле от этого
– Тебе чего нужно, друг? – донесся голос со стороны будки для охранника, которая стояла рядом с воротами.
– Хотел кое-что купить. Но видимо, продавцов тут уже не осталось?
Из будки вышел парень, на вид ему было лет восемнадцать. Он был одет в черные кеды, рваные на коленях джинсах, черную толстовку и красную бейсболку. В темноте, Роберт не мог рассмотреть его лица.
– А что именно, ты хотел купить? – спросил парень, делая глоток из наполовину пустой бутылки виски.
Роберт с опаской смотрел на парня. Но головная боль не давала бояться.
– Мне нужны таблетки. Обезболивающие.
Парень отпил еще глоток виски и ухмыльнувшись спросил:
– Эти препараты без рецепта не продаются.
– Был бы у меня рецепт, разве я приехал бы сюда?
– Ну да. Верно, – сказал парень и стал просто смотреть на священника.
Пауза стала затягиваться, поэтому Роберт спросил:
– Ну так что? Ты мне поможешь?
– Я? – удивленно спросил парень. – Нет друг, прости. Я не драгдиллер, лишь алкоголик. Если хочешь, я могу угостить тебя виски. Это самое мощное обезболивающие, что есть у меня.
– Нет, спасибо. Это обезболивающие я мог бы и сам купить. Только оно не помогает.
– Может, малыми дозами принимаешь? – ухмыляясь спросил парень
Роберт пристально посмотрел на него, стараясь разглядеть лицо собеседника, но в темноте это было невозможно.
– А что? Все уже уехали?
