Ник следил за ним, оценивая увиденное. Кристалл. Кольцо. Венец. Медальон… Флейта? Какая-то замысловато закрученная полоска металла. Предмет на цепочке, вполне обыкновенной на первый взгляд. Если не помнить про "ни одного известного соединения". Фигурка, в которой при некотором напряжении фантазии можно увидеть… охотника? И…
— Секунду, — вдруг сказал штурман. — Вы сказали — восемь предметов?
— Да, — подтвердила арконка, — там было восемь постаментов. На каждом по одному предмету. Мы посчитали. Мы ещё подумали, как это странно, ведь нас тоже восемь… Но они тогда выглядели немного по-другому…
— Их девять.
Среди разложенных на столе более-менее узнаваемых предметов висела, подрагивая, крохотная звезда, окружённая венцом едва различимых глазом протуберанцев.
Восемь взглядов скрестились на странной находке. Отвести глаза от этих вещей было почему-то очень непросто.
— Миллионы лет как мёртвая планета, — Айрен улыбалась так, что с неё можно было писать портрет "Фелинкс на собственной молочной ферме".
— Место, проход к которому существовал, а потом исчез. Картины на стенах, которые меняются, как изображения на экранах. Предметы на постаментах. Вы, кстати думали, что просто так вещи не хранят? Только то, что ценно. А ценное — забирают с собой. Предмет, возникший из ниоткуда. И какой предмет! Некто, влезающий в наши переговоры. И к тому же достаточно умный, чтобы по паре фраз разобраться, что они значат, и довольно долго нас дурить. К тому же способный разобраться в незнакомом биологическом организме, к которому у него нет прямого физического доступа. И внушающий счастье именно тому, кто лезет в шахту. Не страх, что было бы понятнее, если бы нас хотели выгнать. Нет, счастье, подталкивающее не думать об опасности и лезть дальше.
Улыбка её стала ещё шире и клыкастее.
— Если бы тут были местные жители — нас бы уже делегация встречать пришла, но никого нет. И смотрите — проход в шахте, куда так настойчиво манят — закрыт льдом. Значит, то, что здесь осталось, в проходе не нуждается. Знаете, что я по поводу всего этого думаю? Мы, похоже, местным для чего-то нужны. И хатта с два нам дадут просто так отсюда свалить. Что им мешает такой вот проход у нас под кораблём открыть? А значит, надо быстро выяснять, чего от нас хотят. И надеяться, что мы это все переживём. Так что, Шай, дай-ка мне ту корону, посмотреть хочу поближе. Адам, разобрался с видео? Хочется посмотреть на меняющиеся картины.
— Записи Шай и Мррухса сильно зашумлены. Полезной информации найти не удалось, — ответил ИИ. — А вот записи Ника лучше смотреть в сильном замедлении. Желательно на стоп-кадре.
Он вывел на монитор изображение с парсера скафандра штурмана.
Достаточно узкая лифтовая шахта, перекрытая внизу лифтом. Вполне опознаваемый потолочный люк лифта.
Взятая проба льда из лифта.
Дальше изображение резко замедлилось.
Поплыла вверх ладонь в перчатке, отпуская рукоять отжатой вниз двери и перекрывая обзор самому Нику. Мазнул по влажно блестящей поверхности скола прожектор. Луч уходил в сторону, разворачиваясь вместе с человеком. Там, где мгновение назад был его свет, возникла и начала разбухать пурпурная светящаяся капля. Она погасла, выпустив медленно расходящееся и тускнеющее кольцо сияния.
— На броне нет ничего, что могло дать такой оттенок, — вынес вердикт Рик, и поступил точно так же с полученным звуком, прихватив разговор с врачом. — Шер, когда ты слышала те звуки?
— Я слышала, как открылась дверь… Такой характерный звук скрежета, — припоминала Шер. — Потом Ник сказал, чтобы я не беспокоилась, и… И я услышала что-то странное… как отзвук… Призрачное, замирающее… Но он был! Я ещё испугалась, что опять пропадёт связь, — она снова посмотрела на экран под впечатлением от увиденного. Эта вспыхнувшая багряная капля показалась ей похожей на кристалл… Но где они, и где Ботавуи…
— Подтверждаю, — послышался голос ИскИна. — Парсер скафандра Шер сохранил эти звуки. Воспроизвожу.
И дождавшись, когда воспроизведение закончится, продолжил.
— Спектрограмма чистая, модулированной информации не наблюдается.
— По крайней мере, мне не померещилось. А… Рик, а это не может быть каким-нибудь… кристаллом? — пугаясь абсурдности того, что пришло ей в голову, осторожно спросила Шер.
— Это может быть чем угодно, — задумчиво произнёс Рик. — Интересно, что эйфория Ника никак не отреагировала на свечение.
— А может быть, вся разгадка в леднике? Вы заметили, что этот красный сгусток расцвёл не в свете прожектора, а потом, когда луч уже скользнул дальше? Может, он так реагирует на свет? Или на тепло… — Шер чуть пожала плечами. В конце концов, они просто теряются в догадках. — Надо посмотреть, что там за лёд за дверью.
— Это может объяснить свечение, задержку и преломление света, — ещё было не найдено ни одного ответа, — но не объясняет аномальное повышение настроения Ника. К примеру, то, что в кабине лифта несколько теплее, чем в остальной шахте, тоже мало чем нам поможет. Хотя я не физик, может, чего и упускаю.
