Эмма слушала его голос слегка наклонив голову и не подавая вида, что ее хоть чуть задели обидные слова, в то время как Ллойд с силой сжал зубы и его желваки ходуном ходили и миссис Грэнсон от удивления открыла рот, понимая, что грядет катастрофа.
— Стивен! Помни о манерах! — наконец смогла вымолвить женщина, но Эмма устало покачала головой.
— Нет, миссис Грэнсон, Вы прекрасно знаете, что Стивен сказал правду, — она горько усмехнулась и рядом сидящий мужчина почувствовал, что это выйдет ему боком. — А как по-другому назвать человека, который продает себя. Разумеется, если цена выше, то это говорит о неком престиже, но, суть остается прежней… Так как называют женщин, которые себя продают?
Хотя вопрос и был адресован миссис Грэнсон, Эмма в упор смотрела на Ллойда, словно это касалось только его.
— Проститутками, — Эрин не удержалась и не видя причин, проявлять трусость, опять невпопад начала играть «в правду».
— Верно, — спокойно посмотрев на девушку, которая гордо вздернула подбородок, Эмма даже не собиралась смягчать формулировку. — И не важно, что я продала свои идеи… Когда-то я мечтала открыть собственную мастерскую, чтобы делать мебель, предметы интерьера, всякие безделушки по собственным эскизам. Мне оставалось до воплощения мечты в жизнь совсем чуть-чуть. Это было мне по силам, хотя я жила довольно скромно и считала, что честность и порядочность не пустые звуки. Но…
На секунду лицо Эммы исказила гримаса боли, словно тело пронзила судорога, но тут же она вновь расслабилась и снова посмотрела на Ллойда, который не сводил с нее взгляда полного сожаления и непонятной мольбы.
Трудно было догадаться молил ли он о прощении, может извинялся за брата или свою девушку, за весь этот вечер, а может просил не бередить старые раны и не вспоминать прошлого.
— В том и проявляется очарование Хьюго, что ему нет необходимости общаться с людьми используя дешевые реверансы и не оглядываться на мнение окружающих. Трудно не заразится его философией. Деньги действительно единственное, что открывает любые двери и решает, практически, любые проблемы. Не так ли, Стивен?
Стив не ответил и только отвел глаза.
— Вы разделяете его тягу к бунтарству?
— Не вижу причин для обратного! В конце концов, меня сюда пригласили не для обмена любезностями. Не так ли?
Оливия не успела ответить, но Эмма повернулась к своему соседу и сжала под столом левую руку в кулак с такой силой, что ногти грозили прорвать кожу на ладони.
— Кстати, Стивен, ты по прежнему болеешь за Никс? Кажется в этом сезоне, они слабо играют.
Ни к чему не обязывающая фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы. Родные Стива были уверены, что его знакомство с Эммой весьма поверхностно, но эта информация была получена непосредственно от него и теперь выяснялось, что это не соответствует действительности.
Об ужине забыли окончательно.
— А Джейсон? — Эмма продолжила, с упоением наблюдая, как слетает с мужчины спесь и глаза забегали, словно это помогало мозгу быстрее найти верный ответ. — Вы до сих пор с ним общаетесь?
Эмма как-будто вынимала каждую воткнутую в нее шпильку и с упоением втыкала их в Стивена. Око за око…
— Нет, мы давно не виделись.
— Досадно, — Эмма надула губы и изобразила искреннее разочарование. — Вы были, достаточно близкими друзьями.
— Были…
— Я и не догадывалась, что Вы знакомы не только по работе, — Оливия вновь отвлекла на себя внимание Эммы. Все мысли в ее голове перемешались с десятком новых вопросом, но адресованных уже младшему сыну.
— Мир тесен, миссис Грэнсон. Что ж… Не стесняйтесь, этот ужин вряд ли можно испортить еще больше. Вы не задали главный вопрос.
Голос девушки резко изменился и она окончательно сбросила с себя всякое притворство.
— Простите, Эмма, если я оскорбила Вас. Но… Мы все хорошо знаем Хьюго и его поступок привел, лично меня, в крайнее недоумение, а действительно, находитесь с ним в доверительных отношениях и я понадеялась, что хотя бы Вы немного прольете свет…
Оливия говорила искренне, то и дело бросая взгляды на Виктора, который тоже чувствовал себя неловко из-за того, что участвует в такой неприглядной экзекуции.
— Как красиво, вы описали слово предательство. Вы ведь всегда считали Хьюго своим другом, не так ли? Да, он поведал мне о том, что одной из первых его работ, был заказ на этот самый дом.
Вскинув удивленно брови, Оливия промолчала, но по ее лицу пробежала тень догадки.
— Молодой дизайнер, привлек именно Ваше, Оливия, и Хьюго с упоением и горечью вспоминает те дни, когда запоем творилось все это, — Эмма обвела рукой изысканную внутреннюю обстановку. — Вы были в восторге, а Ваш муж назвал работу Селестино безвкусицей и отказался платить, более того испортил его репутацию настолько, что тому пришлось с позором покинуть штаты и пытать счастье в Европе. А Вы наблюдали за такой несправедливостью и бездействовали… Хотя, домашнее насилие довольно быстро приучает держать язык за зубами и не перечить благоверному!
— Эмма! — голос Ллойда прозвучал чуть ли не угрожающе.
