Высказав свое мнение Оттерман блаженно смолк и подавил желание выдохнуть с облегчением. Селестино в своем поведении был непредсказуем и любил, чтобы в его присутствии никто не чувствовал себя вольготнее него самого.
В какой-то момент Хьюго понял, что его долгосрочные планы по укреплению миллиардного бизнеса повисли на волоске и все из-за девчонки, которая не осознавала своих возможностей, сосредоточившись на мелочной мести. Благо, что все скоро разрешится и он сможет увезти ее из этого пропитанного сыростью города.
Она жаждала свести счеты со Стивом Грэнсоном, который напрямую или нет был связан с событиями двухлетней давности. Сама она ничего не подтверждала и не опровергала, просто навела Хьюго на мысль, что «Грэнсон корп» будет прекрасной возможностью вложить деньги. Идея была удачной настолько, что он даже не сразу понял, чем это грозит самой Эмме. Ее уверения, что она выдержит любое давление уже не прошло проверку на прочность, а уверенность в том, что Стивен Грэнсон непременно провалит строительство, казалась, все больше абсурдной.
Настроение уже катилось в пропасть. Уже не радовал ни Гринберг, ни проект с Грэнсонами. Хьюго не мог усидеть на месте и нервно метался по номеру, поглядывая на часы. Самира пару раз заглядывала, чтобы спросить не нужно ли чего и в последний раз Хьюго практически наорал на нее, сказав, чтобы его не беспокоили идиотскими вопросами.
Подобное поведение у приближенных к Селестино людей, уже не вызывало удивления или обид. Самира поспешила закрыть дверь, но тут увидела, что к номеру идет Эмма и по дружески улыбнулась понимая, что сейчас у босса настроение улучшится.
— Добрый день, Эмма! Рада Вас видеть, — Самира улыбнулась.
— Здравствуй, Самира! Хьюго здесь?
— Поторопитесь, а то разнесет все! Опять недоволен чем-то!
Эмма сдержала улыбку и без стука распахнула дверь, чтобы тут же закрыть ее за собой. Самира и Руди услышали, как в замке дважды повернулся ключ.
— Похоже это надолго! — пропела себе под нос брюнетка и покосилась на Рутгерта, который кашлянул в кулак и грозно свел брови, силясь скрыть смех.
В спальне царил полумрак. На кровати лежали мужчина и женщина, обессиленные, не счастливые, но умиротворенные и благодарные за передышку, которые они могли позволить себе в своих сумасшедших жизнях.
— Тебя, точно, мои конкуренты подослали, — хмыкнул Хьюго наматывая на палец прядь волос Эммы, голова которой покоилась у него на груди. — Такими темпами ты меня в гроб вгонишь! В конце концов у меня к тебе был серьезный разговор и пара тройка вопросов, весьма неприятных.
— В чем дело, задавай, — девушка лежала не стесняясь своей наготы, она повернула голову и посмотрела на Хьюго, приготовившись слушать.
— Вот так сразу?! Я не хотел сразу! Мне нужно было тебя еще помучить!
Карие глаза мужчины забегали не зная куда смотреть: то ли на упругую обнаженную грудь, то ли на божественной красоты лицо с бездонными и неживыми зелеными глазами.
Заразительно рассмеявшись, Эмма схватила край простыни и набросила на себя, развернулась и легла на живот.
— Так легче?
Восторженно покачав головой, Хьюго прикусил губу и поднял глаза к потолку. В присутствии Эммы, конструктивного и серьезного разговора быть просто не могло, а потому трэндулей она получала от него редко и они носили не совсем официальный характер.
— Как ты здесь? — забота о постороннем человеке была свойственна Селестино меньше всего, но бесхитростный нрав Эммы давно пробил брешь в этом железном принципе.
— А Руди, что-то упустил в своем отчете?
Хьюго промолчал и закатил глаза, словно два часа разговаривал с ребенком и его терпение уже на пределе.
— Твой старик, он же был с тобой, когда приступ случился? — последовал следующий вопрос.
Эмма резко поднялась и села на кровати, повернувшись к Хьюго спиной. Она вцепилась в простыню, удерживая ее на груди.
— Да.
— Ему хоть самому плохо не стало от этого зрелища? — помимо очевидной издевки в голосе Селестино был подтекст.
— Говори прямо! Если я не переживу очередную поездку в Санта-Монику, то и Ларсон долго не протянет? Так?! — Эмма почувствовала, как рука Хьюго примирительно скользнула по ее плечу и дернулась резко, чтобы ее сбросить. — Ты своими ушами слышал, что говорили врачи. Самые лучшие, те, кто творят чудеса!
— В Хаддас вернулся Хосе Коэн. Он ездил по обмену опытом в Японию. По-моему стоит хотя бы проконсультироваться! — Хьюго встал с постели и набросил халат.
Эмма последовала его примеру, но вдруг замерла и посмотрела так, словно понимала, что пожалеет о словах, которые собирается сказать, но и промолчать не в силах.
— Переживаешь, что я отправлюсь на тот свет, прежде, чем ты сможешь найти мне замену? Не стоит, Хьюго, до того момента я успею тебя достаточно обогатить…
Эмма видела, как больно резали ее слова и Селестино поморщился, он медленно подошел, в своей привычной манере, гладя себе под ноги и остановился напротив девушки, после чего порывисто поднял голову и посмотрел ей глаза.
