— Не смей так говорить с матерью! — замахнулась Дарида, но передумала и опустила руку. — Мы тебя вылечим. У нас есть время. Я уже обратилась в Приют.
— Ответ доставили утром, — ровно сказал Дарис, с трудом опуская веки. — Целители Приюта лечить меня отказались. Знаешь, по какой причине?
Дарида кивнула, сглотнув.
— Приказ директора?
— Приказ директора.
— Я обращусь к Сину.
— Он отсутствует. Всем заправляет какой-то Роберт, и он написал, что получил весточку от Келлфера. И что вынужден отказать.
— Значит, я найду других целителей.
— Хорошо, — не стал спорить Дарис. — Но ты слышала Арета. Не восстановим руку за трое суток — я никогда не смогу управлять даже выращенной новой.
— Я послала письма всем герцогам, — голос Дариды дрожал. — У Кариона есть сильные целители. Они помогут.
Дарис снова откинулся на подушки, закрывая глаза, будто мать сказала глупость.
.
— Не помогут.
Дарида обернулась, не веря. Холодный, спокойный голос, ставящий крест на всем, что ей было важно, принадлежал именно тому, о ком она подумала. Стена, в которую Келлфер открыл портал, покрылась трещинами, и зеркало, в которое ей было так страшно посмотреться, тоже треснуло мелкой паутинкой — и осыпалось крупными осколками и пылью на пышный ковер. Дарида поднялась, не чувствуя под собой ног.
Келлфер стоял напротив, одетый теперь уже не в варварскую пар-оольскую одежду, но в привычный темно-серый простой камзол. Он выглядел точно так же, как сорок лет назад, и смотрел на нее с таким же ненавистным презрением.
— Ты, — только выдохнула она. — Ты видишь, что ты сделал?! Эта… — она вовремя остановилась, увидев промелькнувшую в глазах Келлфера опасную тень. — Эта женщина подчинила тебя, как Дариса. Сам подумай. Что бы еще заставило тебя покалечить своего единственного сына? Выслушай меня, прошу.
— Нет, — коротко ответил Келлфер. — Уйди.
— Ты не имеешь права меня выгонять, — прошептала Дарида. — Хочешь убить его? Я тебе не позволю! Пожалуйста, послушай! Ты стал жертвой заговора!
Ни тени сомнения не отразилось на его жестоком лице, когда Келлфер тихо что-то шепнул — Дарида, как всегда, закрыла уши, борясь со страхом — и воздушный поток подхватил ее, сжимая ребра плотной лентой. Всего миг — и она была бесцеремонно вышвырнута за тяжелые, со звоном закрывшиеся позолоченные двери.
Стоило заговору рассеяться, Дарида бросилась к двери и заколотила по блестящей поверхности кулаками:
— Открой! Открой немедленно! Стража! Стража! Выбейте дверь!
Страх за Дариса, страх, что больше не увидит это невероятное лицо — Дарида ударялась о холодное резное золото, как рыба бьется о садок.
Когда дверь вынесли с петель, и массивные полотна с грохотом рухнули, Келлфера в комнате уже не было. Дарис равнодушно разглядывал царапину на своей ладони, а когда мать потянулась посмотреть — молча спрятал руку под одеяло.
— Я этого так не оставлю, — прошептала Дарида. — Мы найдем способ.
.
Дарида Веронион золотой молнией пронеслась по центральному коридору Солнечного замка. Каблуки ее атласных туфель стучали по драгоценному паркету красного дерева, широкие юбки с шелестом свистели по медненым ручкам дверей. Она чуть не уронила вазу с узкого пристенного столика, но даже не обернулась, когда та со звоном заплясала на резной поверхности.
Высокое полуденное солнце, льющее свет в незашторенное окно в торце коридора, ослепляло Дариду, искрилось на золоченых рамах зеркал, блестело на полу, будто по полированному дереву кто-то разлил воду. Дарида прикрывала веки, но и под ними продолжала видеть этот всепроникающий свет — золотыми и алыми искрами.
Гость не стал ждать ее появления, а по-хозяйски вышел навстречу, словно почуяв ее смятение и воодушевление. Мужчина выступил из лучей, загораживая их собой, и с этим островком темноты к Дариде вернулось зрение. Осознав, насколько провокационно ведет себя незнакомый шепчущий, Дарида остановилась, желая сохранить хоть какой-то контроль над ситуацией. Мужчину это не смутило, он продолжил неспешно приближаться.
Если бы не дрожащие как натянутые струны нервы, Дарида бы залюбовалась его необычной для Желтых земель красотой: шепчущий был высок, как лучник легок в кости, смугл. На безвозрастном лице светились живые, умные, тягучие глаза — темные, как и уложенные в сложную косу волосы. Камзола он не носил, больше похожий на простолюдина: свободная одежда из натуральных тканей неярких цветов совсем не вязалась с его манерой держать себя. Протягивая Дариде руку в привественном жесте, мужчина улыбнулся, сверкнув зубами.
Дарида пожала его запястье. Это было непривычно, по-мужски.
Вокруг незнакомца будто вибрировал воздух, это сбивало с толку. Многие шепчущие посещали Солнечный замок в последний год, но такого желтая леди не чувствовала ни разу.
— Вер, — представился шепчущий, не здороваясь.
— Дарида Веронион, — подняла подбородок женщина. — Спасибо, что пришли. Моя охрана не задержала вас?
