Я задумался. Ситуация выглядела более чем странно. И даже Катерина, несмотря на неопытность, это понимала. Назначенная свадьба, жених, который никогда не приезжал к своей невесте, безликие, но щедрые подарки, обещание жить с ней здесь же, разрешив юной девушке стать лесничим. Что за ерунда? А в совокупности с остальными делами, творящимся вокруг Катерины, выглядит всё уже совсем мутно.
– А ты сама хочешь за него замуж?
– Да не особо. Чего там хотеть? В браке нет ничего приятного, одни обязанности.
Я на этом хмыкнул. И вроде Катерина озвучила то, что и сам думал, но почему в ее устах меня это… царапнуло?
– Совсем ничего? – как-то сдавленно спросил я.
– Совсем! – отрезала девчонка. – Делай, что муж велит, и молчи о своих желаниях! Что за радость такая? Не понимаю, почему все девчонки помешались на этих женихах! У нас в башне что ни вечер, так только о них разговоры! У кого какой муж будет. И все мечтают о графьях и маркизах, вот глупые! Видала я одного графа, приезжал как-то к Елизавете. Плешивый и толстый, словно пень! Красавец – так красавец, втроем не обнять!
Она рассмеялась, я тоже улыбнулся.
– А красивых графов и вовсе не бывает, – уверенно заявила ценительница титулованных особ. Я слегка поперхнулся, но решил не возражать. – Но Хизер говорила, что для такой, как я, замужество – единственный выход. И мне повезло – муж позволит мне жить так, как я желаю.
– Такой, как ты?
– Ну… сироты. – Она глянула из-за завесы распущенных волос. – Мне и фамилию ведь придумали уже здесь, в пансионате. Катерина Липницкая… Красиво, да? Только своего отца я никогда не знала. Мы с Хизер раньше жили далеко в тайге, и не было вокруг людей, лишь звери и птицы. Мне нравилось. Хизер и Кая. А когда мне исполнилось семь, Хизер сказала, что надо учиться, и привела сюда. И зачем только? Нам и вдвоем хорошо было…
– Выходит, Хизер твоя мать?
– Нет. Она лишь растила меня. А родительницу я не видела. Хизер говорила, что меня кинули в лесу. Возле… – Катерина внезапно осеклась. – В чаще. Мне повезло, что звери не разорвали.
Я задумался. История Катерины казалась все более непонятной и запутанной. Загадочная шаманка, вырастившая девочку где-то у черта на рогах, а потом вдруг решившая притащить в «Золотой луг». Таинственный жених. И золото, которое мне пообещали. И был ли я первый в этой сделке? Что, если погибший Морозов приезжал за тем же самым?
Внезапная догадка пробежала по спине холодком.
– Слушай. А тот учитель, который был до меня, он тебе… как?
– Что как?
– Ну… – запнулся я, не зная, что спросить. Пытался ли он тебя соблазнить, к примеру? – Он тебе нравился?
– Нет. Почему вы спрашиваете? Валерий Яковлевич был очень… липким.
– Каким?
– Приставучим. Все таскался следом, хотел, чтобы я показала ему то березу, то липу… «У вас поразительные знания местной фауны и флоры, милая барышня, – передразнила девушка, очень похоже изображая гнусавый мужской голос. – Просто поразительная! А не соблаговолите ли показать мне заросли черники, а то я сам не вижу дальше своего носа, даром что напялил очки!»
Она потерла переносицу, словно поправила невидимую дужку. И не выдержав, рассмеялась. Я тоже, смех Катерины оказался заразительным.
– Да только врал он. И никакие березы с осинами его не волновали. Он хотел остаться со мной наедине. И все пытался ко мне прикоснуться. – Она дернула плечиком. – Гадкий.
Я резко перестал испытывать сочувствие к зверски убитому Морозову. Вот только как бы не оказаться и мне на его месте…
Некоторое время мы молчали. Я переваривал информацию, Катерина смотрела в воду, наклонившись уже совсем низко. Заинтересовавшись, я тоже опустил взгляд и пошутил:
– Осторожно, а то еще утащит озёрница.
– Русалки в Медяжке не водятся, мелко слишком, – в тон мне ответила девушка. – Вот в Лумени – это большое озеро к северу от нас – озёрниц полно. Или там болотницы? Вечно я их путаю. Хотя нет, болотные на жаб похожи, и глаза у них желтые, а не белые, как у озёрных утопленниц…
Я кажется, поперхнулся, и Катерина бросила на меня быстрый лукавый взгляд. Шутит, чертовка?
– А здесь, в Медяжке, все тихо, не переживай. Разве что иногда какая дева заглянет в поисках развлечений… Хотя… ой, вижу что-то!
Опустила руку и вдруг кувырком полетела вниз, сразу скрывшись под темной водой.
– Катя!
Девушка не показывалась.
Я нырнул следом, даже не успев подумать. Босые ступни коснулись ила на дне, и оттолкнувшись, я рванул обратно. Внизу лениво извивались нити водорослей. Темная непрозрачная вода лежала над головой упругой полосой. И сквозь нее виднелся причал и босые девичьи пятки. Вот же зараза!
Я вынырнул и услышал смех. Чертовка хохотала, отжимая волосы.
– Второй раз попался на ту же приманку! – сквозь смех выдала она. Увидела мой взгляд и смущенно подняла ладони: – Прости, не удержалась! В пансионате порой ужасно скучно, никакого веселья, вот я и развлекаюсь как могу! Прости!
Пару мгновений я сверлил ее мрачным взглядом, но потом расслабился. Вода приятно остудила разгоряченное тело.