Катерина отреагировала так странно, что я опешил. И уж точно не так, как должна вести себя барышня при виде уморительной зверушки. Я ожидал восторга, ну или хотя бы улыбки, но вместо этого ученица отпрыгнула в сторону и едва не зарычала.
– Уберите!
– Это котенок, смотри какие носочки…
– Я. Ненавижу. Котов!
– Так это не кот. Котенок. Мелкий совсем…
Чувствуя себя невероятно глупо, я пытался всучить ей комок, который некстати зашипел. Катерина отпрыгнула еще дальше и, похоже, готовилась убежать прочь и от меня, и от моего подарка.
– У него когти!
– Да нет ничего!
– Есть!
– Он милый. И совсем безобидный, посмотри…
– Ужасный кот!
Я с сомнением осмотрел пушистую зевающую мелочь в своей ладони.
План с треском провалился.
– Ладно я понял. Постой здесь.
Лучшее, что я придумал, это вернуть кошака обратно под бок его матери. Обходить денник не стал, перемахнул через ограду, сунул незадавшийся подарок обратно в теплую шкуру кошки, и вернулся уже через минуту. Но Катерина уже торопливо шла в лес. Мелькнула в зарослях ее коса, освобожденная из плена шпилек, еще миг – и густая синева леса спрятала девушку.
Я выругался сквозь зубы. Ну что за невезение! Мостик между нами с оглушительным треском развалился. Но кто мог подумать, что на земле найдется девушка, которая не любит кошек?
Я рванул за девушкой, и поначалу думал, что догоню, но быстро понял, что и тут ошибся. Легконогая и быстрая Катерина мелькнула среди сосен и исчезла, словно фантом. Я крутился во все стороны, но больше не видел тонкого силуэта.
Вот же дьявол!
Остановился, запрокинув голову.
Деревья смыкались над головой куполом. Высоченные, огромные. И лес стоял темный, густой, не подлесок, а самая настоящая чаща. А ведь казалось – отошел совсем недалеко от бастиона. Здесь, среди мхов, было отчетливо ясно, что и пансионат, и сам бастион, и мелкие людишки – лишь муравьи, временно занявшие чужое место. А хозяин здесь он. Лес. Это чувство накатило такой осязаемой дикой волной, что пробрало до мурашек.
Я вдруг понял, что не знаю, в какой стороне тропинка. Несся, не разбирая дороги, и что же, заблудился?
Издалека прилетел едва слышный колокольный перезвон. Я выдохнул и хмыкнул. Странное и чуждое ощущение леса, слишком живое и почти потустороннее, отступило.
И тут внутри взвыло выпестованное годами чувство опасности. Не успев даже подумать, я бросился в сторону. Сосна, у которой я только что стоял, брызнула щепками коры. Твою ж мать!
Новый выстрел угодил почти рядом, патрон мягко вошел во влажный мох. Но я уже откатился. Вскочил, рванул зигзагами, пытаясь уйти с линии обстрела и думая лишь об одном: лишь бы когда-то раненная нога не подвела… Откуда палят? Кто? Патрон чиркнул совсем рядом, меня обдало каменной крошкой валуна и выбитым дерном. И снова рывок в сторону, – пряча спину за стволами и камнями, густо облепленными лишайниками. Новый выстрел почти обжег щеку.
Вот гаденыш!
Был бы у меня в руках револьвер, мы бы еще посмотрели, кто кого…
Но учителю истории револьверов не полагается. В кармане не оказалось даже карандаша. А тот, кто смотрел сейчас в прицел, явно вознамерился меня убить. Дураку ясно, что это не случайно забредший за зайцем охотник, стрелял в меня. И стрелял хорошо. Даже отлично!
Я скрипнул зубами, отсиживаясь за оградой можжевельника. Как назло, выскочил я неудачно – впереди лежала лысоватая полянка, заросшая черникой. Невозмутимые кедры стояли дальше. А чувство опасности просто вопило. Я знал это ощущение, когда смерть держит тебя на мушке. Когда нас соединяет расстояние выстрела и тонкая нить вылетающего патрона. Ничком бросился вниз, и совсем близко взорвался мох. Ждать смысла нет… ублюдок подойдет сзади и просто расстреляет в спину!
Петляя, словно заяц, я рванул через полянку, головой вперед влетел под густую тень кедров, кувыркнулся, огибая стволы. Новый выстрел. И тут что-то ухватило мою ногу.
– Сюда, – тихо прошептала откуда-то снизу Катерина.
Я разжал кулак, готовый вбиться в голову врага, и скользнул за девушкой.
В корнях огромного кедра оказалась то ли нора, то ли пустая полость, такая большая, что в ней вполне могли разместиться два человека. Девушка споро закрыла проем пластом мха, оставив лишь узкую щель.
– Вы…
Я закрыл ей рот ладонью и одними губами сказал «тихо». Прикрыл глаза, вслушиваясь в звуки. Шорох. Хрустнула ветка. Шаги. Враг топтался совсем рядом. Я сжал зубы, решая, что делать. Был бы один – попытался напасть. Но рядом девчонка. Да и я в невыгодном положении: пока буду выбираться из норы, стрелок запросто влепит пару патронов в лоб. Но что же делать? Сидеть и ждать, пока он найдет наше укрытие?
Внутри забурлила злость. Руки чесались от желания ощутить тяжесть оружия и потягаться с уродом на равных. И тут… лес наполнился птичьим свистом. Кажется, там, снаружи, налетела целая стая, пронеслась под ветками, оглушая гомоном, отчаянно завопил глухарь. Дзи-дзи-дзи! Словно ножом по точилу! Резкий звук почти оглушил.