– О, дедушка, все это мы еще успеем обсудить! – вмешалась Вероника, беззаботно махнув рукой, хоть и немного – Себастьян заметил – побледнела. – А сейчас давай просто порадуемся, что мы снова вместе!
– Боюсь, ваша светлость, мне слишком часто приходится отлучаться в Лондон по парламентским делам, – широко улыбаясь, соврал Себастьян. – Но я очень рад, что проведу нынешнее Рождество с вами, леди Маргарет и моей очаровательной женой. – С этими словами он привлек Веронику к себе и одарил жарким поцелуем.
Вероника вздрогнула и пошатнулась, по телу пробежала дрожь наслаждения. Запрокинув голову, она вцепилась в его рукав, позабыв обо всем на свете.
Себастьян углубил поцелуй, и Веронике показалось, что вот-вот она растечется лужицей на полу. Губы его двигались с мастерством, которое она тщетно старалась забыть, но теперь ясно вспомнила: вспомнила, как плавилось от таких поцелуев ее тело, как нарастала в нем сладкая ноющая боль, а потом сосредоточивалась в местечке между ног…
Они так увлеклись, что маркизе пришлось громко кашлянуть. Себастьян оторвался от Вероники и отошел на шаг, оставив ее у кровати на подкашивающихся ногах и с горящими губами. Попытавшись сделать шаг, она пошатнулась и едва не упала, но Себастьян ловко поддержал ее под локоть. Говорить она не могла. Да что там – и дышала с трудом! Бросив быстрый взгляд на мужа, она безошибочно распознала в его глазах знакомый блеск. Он тоже дышал тяжело и неровно. Отлично – выходит, этот поцелуй и на него подействовал!
Вероника тряхнула головой, заставляя себя очнуться и обратить внимание на окружающее. Она все еще в спальне дедушки, у его постели, и… Секундочку! Ведь Себастьян пообещал ее не целовать! И только что нарушил обещание – да еще и на глазах у ее тяжело больного деда! Что за мерзкий человек! И то, что она цеплялась за него и мысленно молила о продолжении, ровно ничего не значит!
– Что ж, дружище, – с веселым смешком проговорил герцог и подмигнул Себастьяну, – главное – продолжай в том же духе! Нам ведь чертовски не хватает наследника!
– Дедушка! – возмутилась Вероника (от потрясения к ней вернулся голос) и приложила палец к горящим губам.
– Совершенно с вами согласен, – смиренно проговорил Себастьян и в его самодовольной улыбке не чувствовалось ни малейших признаков раскаяния. – При первой же возможности этим займусь.
Подавив вздох, Вероника резко развернулась на каблуках и бросила на него предостерегающий взгляд, но так, чтобы не заметил дедушка. О, у нее найдется что сказать этому негодяю, как только они останутся наедине!
Затем, сменив сердитый взгляд на теплую улыбку, она снова повернулась к больному и спросила в отчаянной попытке сменить тему:
– Дедушка, а как ты себя чувствуешь?
– Сегодня просто отлично! – с сияющей улыбкой объявил старик. – А теперь, когда моя маленькая Ви со мной, мне еще лучше прежнего!
Он похлопал ее по руке, а она погладила его по морщинистой щеке и поправила одеяло.
– Рада слышать. Ты действительно выглядишь очень неплохо.
Она бросила вопросительный взгляд на мать, но та лишь пожала плечами, но все же заметила:
– Сегодня просто особенный день. Верно, папа?
– А где бабушка? – спросила Вероника.
– Ее светлость отдыхает после обеда, – сообщила со своего места в углу горничная, присматривавшая за дедом.
– Мне не терпится ее увидеть!
– Кстати об отдыхе… – Герцог закинул руки за голову и зевнул во весь рот. – Что-то я устал. Пожалуй, перед ужином стоит вздремнуть.
– Перед ужином? – Вероника вскинула брови и нахмурилась. – Ты хочешь сказать, что намерен спуститься к ужину?
– А почему нет, хотел бы я знать? – удивился герцог, глядя то на внучку, то на дочь. – Аппетит у меня, как всегда, отменный!
– Как скажешь, папа, – ответила Маргарет и, склонившись над ним, похлопала по руке, покоившейся на винно-красном покрывале. – Теперь ты отдыхай, а мы пойдем.
Все трое покинули комнату, но заговорить Вероника решилась, лишь когда они отошли на приличное расстояние.
– Разве ему можно вставать с постели?
Леди Маргарет вздохнула.
– Доктор говорит: ему не следует напрягаться, но все, что по силам, пусть делает. Дед так рад, что ты приехала, милая! – Она легонько сжала плечо дочери и послала ободряющую улыбку. – Давно я уже его таким не видела!
– Но он так болен! – Вероника прикусила нижнюю губу. – Я не хочу стать причиной ухудшения. Давай распорядимся, чтобы ужин ему отнесли наверх. О том, что чем реже дедушка будет их видеть, тем меньше им с Себастьяном придется притворяться любящими супругами, она, разумеется, не упомянула.
Леди Маргарет рассмеялась в ответ.
– Милая, это хорошо, что ты стараешься его беречь, но сама знаешь, как он упрям, а в последнее время, кажется, стал еще упрямее.
– Знаешь, мне кажется, что твоему деду надо дать возможность делать все, что он хочет, – заметил Себастьян, когда все трое вышли на лестницу и они немного отстали от хозяйки дома.
– Неудивительно, – ответила Вероника, сверкнув в сторону мужа фальшивой улыбкой. – Ты не раз давал понять, что мужчинам все позволено!
