Но в этой перепалке ощущается нечто личное. Я каким-то образом понимаю, что Харроу вовсе не стремится показать свою уязвимость окружающим. И как бы ни хотелось, отмахнуться от этого ощущения не удается. И в Природных Землях, и в Срединном Мире тайны пациентов остаются для меня священны.
Так что, когда я ухожу от Уиллоу, он ни о чем не догадывается. Испорченные половицы эльф починил при помощи дикой магии, а чтобы объяснить, откуда взялись повреждения, мне пришлось отговориться неудачной попыткой приготовить зелье.
В эту ночь я жгу свечи до полуночи и встаю с рассветом. Я листаю взятые из лаборатории дневники, ища в них хоть какие-то зацепки. Мне хочется понять, как создается равновесие между королевой, троном из секвойи и временами года.
Я начинаю с дневника Элис. Но чем дальше читаю, тем хуже выглядят записи. Похоже, постепенно сказывается возраст. Почерк становится неровным, слова будто выведены дрожащей рукой. Некогда искусные рисунки сменяются грубыми, кривыми, а порой и трудноразличимыми набросками. Потом и они исчезают.
В груди возникает глубокая боль, подобной которой я прежде не чувствовала. Я почти вижу, как Элис сидит в лаборатории, заставляя пальцы двигаться, пока в них остаются еще хоть крохи силы. У нее непроизвольно дрожат руки, и в конце концов она уже не может держать перо. Одинокая, она тоскует по брату и семейному уюту, мечтая еще хоть раз вдохнуть соленый воздух Кэптона.
Я представляю, как через девяносто лет увядаю в этом стылом замке и дни мои наполнены лишь муками трона из секвойи. Холодная и мрачная мысль. Попытавшись ее прогнать, я закрываю дневник.
Я начинаю читать записи других королев, правивших до Элис. С ними у меня нет никакой личной связи, и написанные перед самой кончиной страницы листать намного легче. После третьего дневника, того самого, содержащего любовные заметки о розах, мне вполне удается справиться с эмоциями.
Та королева убивалась от горя при одной лишь мысли оставить короля одного, даже после смерти.
Услышав стук в дверь, я отвожу взгляд от страницы и чуть потираю глаза. Крюк снова свернулся в изножье моей кровати. Он давно перестал даже пытаться положить морду на страницы дневника или как-то привлечь мое внимание.
– Вы не спите? – через дверь спрашивает Ринни.
– Не сплю. – Вытянув руки над головой, я слышу, как хрустит позвоночник.
Ринни входит в комнату.
– Я пришла предупредить, что у Эльдаса возникло срочное дело.
– Да?
– Кажется, прошлой ночью прибыла делегация от короля фейри, – сообщает она.
– Я думала, у фейри нет короля, лишь горстка враждующих кланов.
– Время от времени они приходят к подобию согласия и объявляют кого-нибудь королем. Тогда они клянутся всему миру, что у них есть представитель. Нынешний пока продержался дольше всех, но посмотрим, сможет ли он остаться на плаву. Ни один король не правил достаточно долго, чтобы попасть в Совет королей. – Ринни пожимает плечами. – В общем, Эльдас просил передать, что ваша утренняя встреча сегодня отменяется.
– Ладно. – Я спрыгиваю с кровати. – А ты чем сегодня занимаешься?
– Чем я… занимаюсь?
– Ты занята? – иначе задаю я вопрос.
Крюк потягивается, чуть поскуливая при этом, потом встряхивается.
– В обычных обстоятельствах я бы помогала Эльдасу с делегацией, но сегодня он приставил меня к вам.
– Даже не знаю, расстроилась ты или нет, – ухмыляюсь я.
Ринни вспыхивает.
– Я… – Она прочищает горло. – Ваше величество, для меня честь вас охранять.
– Правда? – Вскинув брови, я направляюсь в гардеробную. Дверь оставляю открытой, чтобы разговаривать с эльфийкой, пока одеваюсь. – Я до сих пор не могу понять, нравлюсь тебе или нет.
– Мое дело – служить вам, а вовсе не любить.
– Да, но… – Я высовываю голову, и Ринни искоса бросает взгляд на мои обнаженные плечи. – Я бы предпочла тебе нравиться. Если нет, мы наверняка сможем подыскать другого охранника.
Фыркнув, Ринни поджимает губы.
– Кажется, я вам уже говорила. Вы мне очень нравитесь.
– Прекрасно. Я тебя точно не задерживаю? Кажется, ты здесь важная птица.
– Я правая рука короля. – При этих словах я вспоминаю, как Ринни касалась его щеки. И не могу не задаться вопросом, нет ли в этом чего-то большего. Харроу упоминал, что король эльфов заводит любовниц… – Именно поэтому он поручил мне вас охранять. Больше он никому не доверит вашу безопасность.
Я с трудом удерживаюсь от вопроса, не может ли она что-либо сделать с Харроу.
– Что ж, тогда сегодня я хотела бы обставить свою комнату. Ты сказала, королева сама должна этим заняться.
Я выхожу из гардеробной. Ринни наклоняет голову, странным образом повторяя позу Крюка. Мне едва удается не рассмеяться над ними обоими.
– Да, но обычно королевы принимаются за обстановку после коронации, когда смогут выходить в город.
– Значит, я три месяца должна обходиться без мебели?
Ринни поджимает губы.
– У меня есть идея. Полагаю, мебель предыдущих королев хранится где-то в замке. Может, на первое время начать с нее?
– Хорошо, показывай дорогу.
