Она вновь усмехнулась и запечатлела поцелуй на моем виске. От этого жеста стало так тепло на сердце, что хотелось улыбаться во все тридцать два зуба.
— Я, конечно, все понимаю, — услышали мы грубоватый голос Харви, — но вообще мы с тобой тоже давно не виделись.
Я оторвалась от Айрис и взглянула на давнего друга, который так сильно изменился, что с трудом можно было узнать его. Он всегда был тихим, замкнутым, молчаливым и мрачным. Я вновь взглянула на него и отметила, что он остался таким же худым парнем, но при этом имел спортивное телосложение. Его угловатое лицо с бледной кожей отличалось невообразимой красотой мрачного героя Байроновских произведений. Некогда длинные медовые волосы, которые он постоянно завязывал в хвост, стали намного короче и открывали вид на выразительные глаза, взгляд которых всегда был таким добрым и уютным, что иногда он олицетворял для меня дом. Харви улыбнулся, и я застыла на месте, наблюдая за ним. Он нечасто делал это — улыбался. Его можно было запомнить как угрюмого парня, который вечно смотрит на незнакомцев с недоверием и ожидает от них какого-то подвоха. Только одному человеку удалось сделать его по-настоящему счастливым — Лили, лучшей подруге Билл, но с ней они встречались недолго, так как расстались через несколько месяцев после той роковой ночи. Я не знаю, что между ними произошло, но Лили была разбита тем, что произошло, и переехала из-за этого в Эдинбург, где поступила в один из местных университетов. Связь с ней я поддерживала не так часто, так как мы не были настолько близки, но иногда списывались и узнавали друг у друга, как идут дела.
— Ты такой красивый, — сказала я и обняла Харви, который, как добрый дядюшка, обвахтил меня своими огромными руками.
— Я ревную! — возмутился Эйден. — Меня ты не обняла.
Он скрестил руки на груди и надул губы, смотря в сторону. Это было так смешно, что я не выдержала и рассмеялась.
— Боже, по тебе я скучала больше всего, — проворковала я, обняв его.
Эйден довольно заулыбался и несколько раз нежно поцеловал меня в голову. Это были мои старшие братья, хоть и не по крови, но по духу. Все же мне, Айрис и Темплу очень сильно повезло, что такие люди, как Харви, Эйден, Джейми, Рафаэль и Зейн стали нашими друзьями. Чьи-то руки вырвали меня из объятий Эйдена и привлекли к широкой груди. Увидев знакомую татуировку на ладони, я поняла, кто схватил меня, и любовь переполнила мое сердце.
— Еще раз коснешься ее, — произнес Джейми, глядя на меня, — и ты не досчитаешься нескольких своих вставных зубов, Янг.
Эйден закатил глаза и отмахнулся, Харви хохотнул. Темпл с Билл сели на диван к Айрис, и мы решили присоединиться к ним, уместившись рядом. Все уставились друг на друга, не зная, что сказать. М-да, мы собрались здесь не для того, чтобы обсудить, как у всех протекает жизнь, а для того, чтобы предугадать дальнейшие действия моей сумасшедшей мамаши. Темпл открыл рот, чтобы сказать что-то, но тут же закрыл его, взглянув на своих друзей. Он явно искал в них поддержку. Айрис непонимающе взглянула на брата, и я поняла, что она ничего не знает. Боже, теперь ей нужно будет принять тот факт, что наше спокойствие нарушено на неопределенное время.
— Айрис, ты, наверное, не догадываешься, почему мы собрались здесь…, - начал Темпл.
— Ты ошибаешься, мой милый братец, боюсь, я знаю, почему мы все здесь, — грустно вздохнула моя сестра.
Нахмуренный Темпл взглянул на Айрис, а затем на всех нас.
— Откуда ты знаешь? — спросил Джейми, сжав мою руку.
Я сделала то же самое в ответ.
— Спешу вас всех обрадовать, это сделал я, — пожал плечами Харви. — Так что скажите мне "спасибо", потому что весь удар я принял на себя.
Он мрачно улыбнулся Темплу и помахал ему рукой.
— Да, я была очень зла на тебя, Темпл, — сказала моя сестра, выгнув бровь. — Я думаю, что мы имели право знать все это время, что наша мать сбежала.
Темпл виновато потупил взгляд, после чего громко выдохнул и посмотрел на нее.
— Я знаю. Валери уже все объяснила.
Айрис взглянула на меня и хитро улыбнулась.
— Надеюсь, ему сильно прилетело.
Уголки моих губ дернулись в улыбке.
— Я обо всем позаботилась, — ответила я, сложив указательный и большой палец в знак "окей".
Айрис дала мне воздушную пятюню, после чего подмигнула мне.
— Ладно, ладно! — воскликнул наш брат. — Я уже понял, что был неправ.
Он окинул нас мрачным взглядом, но тут Билл нежно погладила его по спине, чем вызвала вздох удовольствия.
— И мы простили тебя, — пожала плечами Айрис, после чего повернулась ко мне. — Мы же простили?
Я поморщила лицо, входя в роль.
— Ну не зна-а-а-а-аю, тут надо подумать…
Джейми уткнулся мне в плечо, сдерживая смех, Харви и Эйден улыбались во все зубы, а Бил таращила глаза, призывая нас успокоить нашего брата-истеричку, который уже грыз ногти. Дурная привычка, которая корнями уходит в детство. Послышался шум с улицы, и мы взглянули в окно, в котором показался черный гелендваген с тонированными стеклами. Я нахмурилась, привстав с дивана. Чувство страха встало в горле, с ловно ком, но Джейми поспешил успокоить меня.
— Это свои, — широко улыбаясь, сказал он.
