– Ну и как, получилось? – Роме было любопытно.
Ника поправила красный рюкзак на спине.
– Ты не поверишь, когда я тебе расскажу.
«Боюсь, что поверю».
– Весь в нетерпении.
– Пап, купи мороженое и поболтаем.
– Да, пойдём.
По Приморскому бульвару сновали толпы туристов. Тут и там Рома наблюдал влюбленных студентов, семейные пары с детьми, стариков, разместившихся на лавочках в тени деревьев.
От жары, казалось, плавился воздух, но бриз, доносящийся с моря, обнимал свежестью.
Рома с Никой присели на одну из скамеек возле музыкального фонтана в глубине аллеи. Дочь затянула монолог:
– Пап, я вчера сделала всё то же самое, что и в прошлый раз. Касалась руки Алёны во сне, легла поудобнее, ну, в общем, всё, что и тогда. Я засыпáла с мыслью, что надо оказаться в её сне, как ты и говорил, пыталась не забыть попробовать то, что ты предлагал.
Рома рассматривал дочь сквозь стёкла солнцезащитных очков. Она совсем взрослая и такая красивая. Если б не мальчишеский образ, выглядела бы настоящей девушкой.
«Ещё бы закрасила эту нелепую красную прядь волос».
– Продолжай, – сказал Рома, когда дочка сделала короткую паузу, ожидая от него комментариев.
Ника кивнула.
– Вот, короче. То, что я оказалась во сне Алёны, поняла быстро. Прикинь, с утра она сказала, что не помнит, чтобы ей что-то снилось. А я всё помню. Такое может быть?
«Ещё как».
– Да, конечно. В течение жизни люди, проснувшись, забывают большинство своих снов.
– А, понятно. Ну да, я свои тоже что-то не припоминаю, а её помню.
«Милая моя дочь, ты учишься проникать в чужие сны, поэтому
– В общем, во сне Алёны мы оказались в школе. Ну там, знаешь, одноклассники, старшеклассники попадались. На этот раз не было ничего необычного типа прыжков с парашютом, просто какая-то монотонная фигня.
«Вот бы мне такую монотонность во сне Алисы».
Тем временем Ника продолжала, активно жестикулируя руками и то и дело поправляя волосы, развевающиеся на ветру:
– Я сначала просто шла за ней, но потом вспомнила, о чём ты мне говорил. Я посмотрела на свою обувь и обнаружила, что стою в кроссовках. Попыталась поменять их на кеды, но ничего не вышло. Тогда я огляделась вокруг – а стояла я в фойе школы – и что есть силы представила, как посреди холла появится красный надувной шарик. И что ты думаешь? – Ответить Рома не успел. – Откуда ни возьмись, шарик там нарисовался. Я даже помню, какую радость тогда испытала. Прям детскую.
«Ага, взрослая, блин, нашлась».
Ника замолчала, облизывая подтаявшее мороженое, которое почти не ела, погрузившись в восторженные воспоминания. Рома воспользовался паузой и поинтересовался:
– Успела потом ещё что-нибудь дополнить? А шарик, он не исчез? Люди вокруг тебя, одноклассники и прочие, видели тебя?
Задав последний вопрос Рома, невольно вспомнил преследователя Алисы, который его увидел во сне, и мужчину проняла неприятная дрожь.
«С чего бы вдруг?»
Вероника засияла, глаза её блестели от восторга. Спрятав выкрашенную прядь за ухо, она продолжила:
– О-о-о, ещё как успела. Я не просто дополнила, я принялась фантазировать и такого там натворила, что долго рассказывать.
– В смысле?
– Ну, как сказать? Фокус с шариком оказался слишком лёгким, и тогда я вставила в фойе розовый мерседес, потом посадила за руль известного певца, отправила машину лететь вверх, присобачив к её крыше огромный воздушный шар.
У Ромы глаза полезли на лоб от услышанного.
– Ты испытывала трудности, создавая эти образы?
– Нет, всё, что приходило в голову, тут же появлялось.
«Невероятно».
Когда Рома узнал о своих способностях, ему пришлось изрядно попотеть, чтобы научиться вытворять такие трюки, которые его дочь выполнила в свой первый пусть и не сеанс, но, так сказать, творческий процесс.
– И шарик не исчез. Это я про твой второй вопрос. – Ника замешательства отца не заметила, слишком была увлечена своим рассказом. – И, к слову, меня никто не видел, кроме самой Алёны. Все, кто попадался во сне, были похожи просто…
– На ботов? – подсказал Рома.
– Точно, пап! Как все эти боты в ГТА. Они ходили мимо, словно меня и не было рядом. Единственное, что я не поняла: видела меня сама Алёна или нет? Но она, в принципе, не смотрела в мою сторону. Как думаешь, пап? Видела?
Рома слышал последний вопрос словно эхо.
– А? Что?.. Да, Ник, думаю, видела.
Ника задумалась, а потом с рвением, достойным восхищения, принялась расспрашивать отца.
– Пап, ты говорил, что увлекаешься снами. Расскажи, тебе попадались подобные случаи? Ты читал о чём-нибудь похожем на мою способность?
«Всё-таки придётся».
Рома глубоко вдохнул тёплый воздух, выдохнул, доел остатки вафельного стаканчика и рассказал.
Он поведал Нике историю своих похождений по снам других людей. Начиная с того дня, как впервые обнаружил способность проникать в их сновидения, и заканчивая тем, как начал на этом зарабатывать и как столкнулся с необычайно стойким сном Алисы. Умолчал лишь о том, что увидел в первом погружении в чужой сон и о том, как на последнем сеансе бот из сна девушки (который ботом вовсе не казался) увидел его, Рому, и умудрился помешать.