Будто издеваясь, кто-то невидимый начал постепенно наполнять пещеру неестественно синим светом. Один за другим посреди каменных стен вспыхивали факелы, закреплённые как в средневековых замках.
Алиса знала, что зло, преследующее её, никогда ничего не делает просто так. Девушка выискивала взглядом человека, которого так сильно ждала. Человека, который мог её защитить, единственного, кто был на это способен.
Не обнаружив его, она прекратила поиски и, опустив голову на паутину, отчаянно размышляла о том, как выбраться.
Долго лежать в таком положении было не суждено.
На потолке пещеры засветились четыре маленьких огонька, будто отражающие свет горящих факелов. Два небольших светила, расположенные очень близко друг к другу, почти сливались в одно. Ещё два, чуть поменьше, находились слева и справа от первых. Всё это свечение растянулось над распластавшейся в паутине Алисой одной сплошной линией.
Предчувствие чего-то ужасного только усилилось.
В подтверждение этих мыслей огоньки сверху начали быстро приближаться, опускаясь вниз. Девушка заметила чёрного, покрытого редкими белыми волосами огромного паука размером больше самой Алисы. Паук опускался вниз, широко раскинув в стороны лапы, каждая из которых была вдвое больше человеческой ноги. Конечности судорожно подёргивались в неистовом желании схватить жертву.
Страх сковал тело Алисы гораздо крепче паутины, и, когда мохнатая тварь настигла девушку, встала прямо над ней, заслонив собой обзор, жертва зажмурила глаза и приготовилась к смерти в надежде, что та будет быстрой и безболезненной.
С омерзением девушка ощущала прикосновения педипа́льп20 паука к своим запястьям и лодыжкам, ожидая, когда же будет нанесён смертельный удар. Возле лица слышались хлюпающие и цокающие звуки. Паук быстро клацал хелице́рами,21 исторгая из пасти зловонную вязкую жидкость.
В полуобморочном состоянии Алиса почувствовала, как пространство над ней высвободилось, и паук исчез. Ещё через несколько мгновений она открыла глаза и обнаружила, что чудовище быстро переместилось к краю паутины и теперь копошилось там, заняв странную, почти неестественную позу.
Приподняв голову, Алиса вновь ощутила боль в затылке. Она осмотрела свои руки, раскинутые в стороны. Паук зафиксировал запястья и лодыжки прочной паутинной нитью к ловушке, в которой она оказалась. Теперь девушка не просто липла к паутине, но и была надёжно к ней привязана.
– По-мо-ги-те… – послышался старческий женский голос.
Алиса повернула голову влево и увидела на паутине толстый полупрозрачный кокон, лежащий рядом. В него была завёрнута пожилая женщина, окружённая вязкой жидкостью гнойного цвета. То, что осталось от человека, превратилось в едва дышащее, полуживое существо. Лицо несчастной покрывала слизь, источавшая жуткое зловоние. Старуха с трудом открывала рот, из которого сочилась кровавая пена.
– Убе-е-й меня… – повторила женщина.
Алиса истерично завопила. Она отвернулась, но тут же обнаружила вокруг себя десятки таких же жутких коконов, наполненных гнойнообразной жидкостью, с полуживыми телами людей внутри. Каждый из них исторгал протяжные стоны, кряхтение, кашель и плач. Алисе казалось, что даже воздух наполнен страхом, отчаянием и безысходностью неминуемой расправы. Женщины и дети, старики и старухи, даже молодые мужчины в муках молили о смерти.
Алиса пыталась понять, где раньше встречала этих замученных людей. Старуху, лежавшую рядом, видела и даже слышала когда-то её голос. Маленькая девочка, погружённая в слизь, тоже была отдалённо знакомой. С мужчиной, кричавшим так, будто его сжигают живьём, где-то пересекалась.
Алиса плакала, силилась порвать путы, связывающие её запястья и лодыжки, но попытки оказались безуспешны. Посреди всех этих жутких стонов и криков Алиса сходила с ума. Вид умирающих людей порождал отчаяние, угнетал, пока она отчётливо не услышала громкий хруст.
«Это начало конца», – подумала девушка.
У дальнего края паутины огромная чёрная туша склонилась над одним из коконов, и паук начал есть. Существо быстро перемещалось от жертвы к жертве, лишая их жизни. Круглое мохнатое брюхо паука шевелилось, наполняясь останками человеческих тел.
Две огромные хелицеры, торчащие из пасти паука, пробивали людям голову, затем высовывался длинный язык, напоминающий щупальцу осьминога с присоской на конце. Через отверстие в разбитом черепе паук просовывал щупальце и высасывал мозги. Затем через горло, углубляясь всё дальше и дальше, с чавкающим звуком он поглощал остальное содержимое человеческих тел. Когда от людей оставалась только кожа, паук хватал её педипальпами и одним движением пропихивал в глотку вместе с костями.
Мерзкая ненасытная тварь росла на глазах. С каждой новой жертвой паук превращался в огромную хищную животину. Людей становилось всё меньше, крики вокруг раздавались всё реже, превращаясь из многолюдного стона в редкие жуткие вопли жертв в предсмертной агонии.
Алиса кричала вместе с ними, ожидая свою смерть, пока не увидела Рому, спокойно стоящего посреди пещеры в костюме человека-паука.