— Да, вообще-то; Команда... — Он снова отводит глаза. — После вашего ухода они, то естьлы решили назвать судно в честь леди Крессентии.
Меньше всего в этом мире меня волнует название его кораблика, но принц наблюдает за мной, явно по-лагая, что меня это ужасно волнует. Раз так, кто я та-кая, чтобы его разочаровывать? Пускай думает, будто я действительно переживаю из-за подобной ерунды. Я немного растягиваю губы, чтобы улыбка казалась слегка натянутой.
— Это прекрасное название. В конце концов, Кресс первая леди, поднявшаяся на борт, верно?
— Вы обе поднялись на корабль, — замечает принц. — Но... — Он умолкает, явно не зная, как закончить свою мысль.
— Но я не леди, — договариваю я за него. — Во-все нет. Ведь так все говорят?
Он качает головой, но не отрицает очевидного.
— Команда посчитала, что ваше имя принесло бы нам несчастье. Я возражал, и Эрик тоже, но...
— Понимаю, — заверяю я его, произнеся это таким тоном, который должен убедить принца в обратном.
Похоже, я начинаю понимать, как правильнее всего общаться с Сёреном: нужно, чтобы у него создалось впечатление, будто он видит меня насквозь. Пусть видит, что я притворяюсь перед всеми остальными, но не перед ним, его мне не провести. Вот только он очень ошибается, потому что, сколько бы масок я не снимала перед Сёреном, всегда будет еще один слой, не видимый для него.
Я понижаю голос для пущего эффекта — сделаю вид, что открыла все карты.
— Я слышала, что обо мне говорят. Считается, буд-то я ваша любовница, хотя они, разумеется, исполь-зовали более гадкое слово.
Принц легко верит в эту ложь, его пальцы чуть сильнее сжимают мою ладонь, брови сдвигаются к переносице.
— Кто это сказал? — спрашивает он сердито и ка-пельку испуганно. Полагаю, меньше всего его высо-честву нужно, чтобы подобный слушок достиг ушей его отца.
— Разве это имеет значение? — отвечаю я. — Все так считают. Уверена, ваша охрана тоже так думает, во всяком случае, уверена, доставивший ваше пись-мо солдат в этом не сомневается, — говорю я, бро-сая взгляд на охранников, хотя те стоят, почтитель-но потупившись долу. Гвардейца, принесшего мне письмо, с ними нет. — Я и сама подумала бы именно об этом, если бы являлась сторонним наблюдателем. Иначе с чего бы вам искать встречи со мной и при-глашать на обед?
Я с нетерпением жду ответа. Несколько секунд принц молчит, и я начинаю беспокоиться, что про-вела подсечку раньше, чем он успел заглотить нажив-ку. Его высочество поворачивается к охране и машет рукой, солдаты, не говоря ни слова, поворачиваются и уходят, хотя я уверена, что далеко они не уйдут, бу-дут наблюдать.
— Так вы делу не поможете, — говорю я, скрещи-вая руки на груди. — У меня нет дуэньи, так что...
У принца краснеют уши, он снова поворачивает-ся ко мне.
— Значит, вы всё же получили мое письмо, — пе-ребивает он. — Только не ответили.
Я прикусываю губу.
— Мне показалось неподобающим принимать ва-ше предложение, но я не знала, можно ли отказаться, так что правильного ответа на ваше послание у ме-ня не было.
— Конечно же, вы могли отказаться, если бы захо-тели, — удивляется он. — Значит, вы хотели мне от-казать?
С печальным вздохом я отвожу взгляд.
— Какая разница, чего я хочу. — Вот так, и пусть мучается и гадает, что же я имела в виду. — Вам сле-довало пригласить Крессентию, вы ей нравитесь, и ее общество подходит вам гораздо больше.
Я жду, что принц станет отрицать очевидное, но он этого не делает.
— Мне нравится ваше общество, Тора, — заявляет он. — Это всего лишь обед.
Быть девой в беде легко, достаточно делать большие глаза, неуверенно улыбаться и быстро бегать.
— Думаю, ваш отец этого не одобрит.
Принц хмурится и смотрит в сторону.
— Я не собирался ставить его в известность, — признается он.
Я не могу сдержать смех.
— Кто-нибудь обязательно сделает это вместо вас, — заверяю я его. — Вы долго отсутствовали, Сёрен, но можете спросить кого угодно — ваш отец в курсе всего происходящего во дворце, особенно если дело касается меня.
Сёрен хмурится еще сильнее.
— Вы прожили рядом с нами десять лет и стали на-стоящей кейловаксианкой.
Наверное, он хотел меня подбодрить, но каждое его слово — точно удар кинжалом.
— Возможно, вы и правы, — говорю я, предпочи-тая не спорить. Пора разыграть полученную от Кресс карту, которая как нельзя лучше довершит мой образ «леди в беде». — В скором времени кайзер выдаст ме-ня замуж за кейловаксианца.
— Где вы такое услышали? — потрясенно спраши-вает принц.
Я вымученно улыбаюсь, делая вид, что нахожусь в затруднении, нервно сплетаю и расплетаю пальцы.
— Крессентия услышала, как ее отец говорил об этом с вашим. Полагаю, тут есть доля здравого смы-сла: я совершеннолетняя, и, как вы справедливо заме-тили, была кейловаксианкой дольше, чем астреянкой.
— За кого вас хотят выдать замуж?
Я пожимаю плечами и слегка мрачнею.
— Крессентия упомянула, что лорд Далгаард пред-ложил больше всех за право обладания последней принцессой Астреи, — говорю я, добавляя в голос капельку яда.