«Мама убьет!» – мысль забилась в голове, и девочку накрыла волна паники. Она заметалась по кухне, но почти сразу сумела взять себя в руки и перекрыла вентиль на газовой трубе в углу. Чайник почему-то свистеть не перестал. А вокруг уже бушевало пламя, отрезая доступ к раковине. Бросилась в ванную и крутанула кран холодной воды, подставляя половое ведро, но… дом, видимо, был проклят – вода потекла тоненькой струйкой. Но ведь она только что набирала чайник, и напор был хорошим! Содрогаясь от ужаса, с трудом наполнила ведерко на треть, рванула назад и плеснула воду в раскаленную пасть. Огонь недовольно зашипел и задымил, но уже через мгновение затрещал с новой силой.
Это бесполезно! Едкий серый туман полз по кухне – это занимался, тлел пластиковый стол. Нужно побежать к соседям – у них телефон, вызвать пожарных, электричество в общем коридоре выключить. Девочка точно знала, как поступить, в голове всплыли уроки отца о выживании в критических ситуациях.
В одной ночнушке Оля метнулась к входной двери, щелкнула задвижкой, навалилась плечом и… замерла от ужаса. Мама, уходя, закрыла на два замка! А язычок второго изначально был сломан! Сердце в груди забилось как бешеное. Нужно на балкон, открыть там окно и выбраться на улицу. Кашляя и задыхаясь от черного дыма, часто моргая слезящимися глазами, она присела и поползла назад в комнату.
Захлопнула за собой дверь и выпрямилась – тут дышалось легче, дым еще не успел захватить пространство. И сразу бросилась на балкон. Однако в спешке недостаточно широко распахнула дверь и зацепилась ночнушкой за ручку. Слегка подалась назад и попыталась выпутать подол, но он каким-то непостижимым образом запутался еще больше. Руки тряслись, черный удушливый смог стремительно просачивался в комнату, из коридора доносился треск, а чайник все так же оглушительно громко свистел.
Оля резко, что есть мочи, рванула на себя рубашку – ткань лопнула, и ее внушительный кусок остался намотанным на ручку. Теперь на боку зияла дыра, но это было уже не важно – она ловко протиснулась в дверь и вывалилась на балкон. В спешке сбила горшок с кактусом, поломала китайскую розу и скинула на пол алоэ, но добралась и распахнула окно. Свежий уличный воздух ударил в лицо, раздул парусом порванную ночнушку, принес кислород в легкие, вытесняя гарь; отрезвил и придал сил. Оттолкнувшись ступнями от холодного пола, девочка села на оконную раму и перекинула ноги. Хорошо, что первый этаж почти вровень с землей – сейчас спрыгнет и окажется на свободе.
Оля судорожно вздохнула и оттолкнулась руками… и нечто жестко дернуло ее назад. Это случилось так неожиданно, что она не успела уцепиться за край и полетела на спину вниз, прямо на стол с цветочными горшками. Вскочила, почти не ощущая ушибов и колючек от кактуса в ладонях, и вновь ринулась в окно. Спасение было так близко…
Но незримая сила вновь сбила ее с ног, потащила внутрь, в комнату, куда уже проникал огонь с кухни и стремительно прибывал удушливый черный дым. Страх неизбежной смерти слился с ужасом от присутствия невидимого врага и утроил силы: она орала, брыкалась, царапалась и кусалась. На мгновение удалось освободиться, и девочка вновь рванула к окну, но тут же получила удар в живот, согнулась пополам, а в глазах потемнело от боли. Она осела на пол, неуклюже приложившись о край стола головой, и перед внутренним взором заплясали желтые звездочки.
В памяти всплыли слова отца, что бороться нужно до конца, стараться быть лучшей и всегда добиваться цели, и девочка встала на четвереньки и тяжело поползла к окну, стесывая кожу колен о шершавый бетон и царапая ладони. Нужно выбраться отсюда, иначе она погибнет, задохнется или сгорит заживо. Ей всего пятнадцать, она должна выжить! Невидимый враг больше не мешал, словно оставил в покое, сдавшись под напором ее решимости. Девочка подняла руки вверх, схватилась за оконную раму, и начала распрямляться. Краем внимания зацепила раздражающий звук: чайник все это время продолжал надрывно свистеть…
И тут на нее обрушились потоки холодной воды.
Ольга закашлялась, пытаясь вытолкнуть жидкость из носа, заморгала и покачнулась. Голова кружилась и пульсировала тупой болью, живот тянуло, содранную кожу колен и ладоней щипало от воды. Свист чайника видоизменился, сделался прерывистым и превратился в иной звук. Это на улице оглушительно пиликала сигнализация чьей-то машины. Она с трудом взяла в фокус силуэт напротив – человек определенно был ей знаком. А еще через пару секунд узнавание накрыло ее окончательно – Катя. Перед ней стояла Катя, сжимая в руках пустую пятилетровую бутылку, и ее глаза от страха казались огромными.
– Что надо? – ворчливо выплюнул Нил, когда девушка набрала его в четыре утра.
– Приезжай срочно… – пробормотала чуть слышно.
– Ты время-то видела? Только лег – и на тебе! – начал было возмущаться староста. – Я у вас что, типа мальчик по вызову?
– Ольга пыталась с окна спрыгнуть…
