«Не из этих мест. Пока это всё, что я могу тебе сказать наверняка, – ответил голос. – Я мог бы попытаться, но плохо представляю, о чем люди нынче знают. Минула целая эпоха с тех пор, как я попался в лапы того паршивого колдунишки. У вас тут всё поменялось. Даже не представляю, какую уйму лет я провёл в мерзкой книжке».
– Эпоха? – с каждым новым услышанным словом Лео недоумевал всё сильнее. – Да, о чём ты вообще? Это же бред какой-то!
«Ты уж не обижайся, но за то время, пока я жил внутри твоей головы… в общем, я немножко в ней покопался. В твоих воспоминаниях и прочем… – виновато оправдывался голос. – У вас тут теперь совсем всё по другому. Совсем ещё ничего не успели… Я про людей. Про всех вас. Вы молоды. Слишком молоды».
– Ты… Ты?..
«Да-да, я давно уже живу. Очень. И не пытайся узнать – сколько, всё равно не поверишь, – ответил голос, заранее услышав вопрос. – А если скажу тебе, например, что родился в другом мире, не в вашем, так ты, наверное, совсем поплывешь.»
– Ага. В другом мире, – Леонард вдруг истерически засмеялся, точно так, как и подобает завсегдатаем Дома Скорби. Он больше не мог держать себя в руках. – Ладно, как скажешь.
«Уж лучше ты хохочи. Так держать! – обрадовался писклявый голос. – Но не смей мне тут сходить с ума. Это делу никак не поможет. Ясно?!»
– Ладно, ладно, – по-дурацки кивал Лео, сумасбродно удивляясь. – Да будет так, голос в моей голове из другого мира!
«Вот и славно. А теперь, когда ты чуть-чуть успокоишься, попробуем сосредоточиться на наших насущных проблемах. Например, на том, как поскорее убраться из этой гнилой ямы, – голос затих ненадолго. – И хватит уже говорить со мной вслух. В этом нет абсолютно никакой надобности. Только внимание привлечешь…»
– Да, но… – Лео перешёл на шепот, но тут же был прерван.
«А ну заткнись! – заверещал голос пронзительно. – Падай! Ложись! Претворись, что спишь. Немедленно!»
И маг послушал, распознав шорох приближающихся, копошащихся за дверью шагов.
Кто-то неспешно прогуливался по коридору темницы, звучно кашлял и громко плевался. Иногда останавливался, отпуская колкие издевки, по всей видимости, в сторону других заключенных и скоро продолжал свой обход. То был один из надзирателей.
Когда он добрался до камеры Лео, то затаился и притих. Узник почувствовал, как спина его засвербела, пронизываемая чьим-то пытливым, внимательным взглядом. Но недолго пялился надзиратель на Лео. Не заприметив ничего подозрительного, он завершил свой дозор и поплёлся обратно, наверх.
Еле дыша лежал Леонард в застенчивой тишине и всё продолжал вслушиваться в тихий шелест факельного пламени и крысиную возню, что свиристела где-то среди стен подземелья.
«Эй, чудик! – снова заговорил голос. – Я слышу твои пакостные мыслишки, если ты до сих пор не понял. Тебе не избавиться о меня так просто!»
– Да чтоб тебя! – выругался Лео шёпотом.
«Чего уж поделать, – пискнул голос. – Мы с тобой теперь надолго повязаны. Советую побыстрее к этому привыкнуть».
– Почему это случилось именно со мной? – застонал маг. – Ну почему?..
«Хватит скулить! – запротестовал голос. – Вытащи нас отсюда! Тысячу лет, а то и больше, я томился в заключении. И не собираюсь заниматься этим снова. А ну-ка соберись!»
– Тысячу лет, да? – Лео туповато пожал плечами, поднявшись. – Нет, нет. Ты ведь просто не можешь быть моим воображением. Вряд ли бы я сумел нафантазировать такое…
«Да неужели! – заликовал голос. – И здравые мысли посещают эту недалекую головешку!»
Лео крепко задумался. Что-то перебирал в голове, решал, прикидывал. А когда закончил, то тихо произнес:
– Но как мы это сделаем? Это ведь невозможно? Бежать…
«Возможно, если ты будешь внимательно меня слушать, – заверил его голос. – Мне понадобится твоя помощь…»
– Но… – засомневался Лео. – Меня будут искать по всему королевству. Это неслыханная глупость!
«Неслыханная глупость – сидеть здесь и ждать, пока на тебе не начнут ставить опыты, – бунтовал голос. – Да, да! Так они и поступят, если ты сдашься сейчас. Я кое-чего слышал из разговоров за этой дверью. Поверь мне, ничего хорошего тебя тут не ждёт».
И Лео припомнил последние слова Сенда, произнесенные преподавателем, когда тот выпроваживал его из академии. Голос был прав.
Маг потёр лоб, походил взад-вперёд, заметив, что сил у него поприбавилось и, устремив всю свою шаткую волю к решимости, согласился:
– Хорошо, но как?.. Как ты собираешься сделать это? – Леонарду с трудом верилось, что у них получится. – Ты говоришь так, будто бы у тебя есть надежный план…
«Для начла я предпочёл бы познакомиться поближе, – объявил голос. – Приготовься. Будет неприятно…»
И Лео ощутил, как нечто заставило его усесться на тонкие одеяла. Словно инстинкт, но какой-то напористый и властный. А затем дым черней темноты подземелья повалил из носа и рта, и скрутило живот, а легкие сжались. Маг закашлялся так, будто бы вот-вот собирался выплюнуть свою душу. А дым всё рвался наружу, нещадно раздирая нутро…
