После Дрейк поведал о том, что удалось ему разузнать о распорядке караула. Обход совершали дважды в час. В полдень и под конец дня меняли миски с дрянной едой через запирающееся отверстие внизу двери. Воду обновляли тогда же, а ещё в середине дня. Леонарду нестерпимо хотелось есть, но голос доходчиво объяснил ему, что этого делать не стоит и разумней дождаться ночи, чтоб надзиратели не стали бдеть за ним тщательней. До этого им каждый день приходилось забирать полные, нетронутые чашки с жидкой кашей или похлебкой из его камеры, и если сейчас, в этот важный и ответственный момент они увидят, что Лео наконец-таки удосужился поесть, то, возможно, захотят проявить к нему излишнее внимание. А такого нельзя было допускать.
Существование узника отяготилось. Голод лютовал и сокрушал его. Хоть и какая попало, но всё же трапеза, ждала лишь в нескольких шагах, не думать о ней было по-настоящему больно. Но жить хотелось сильнее. И Лео мужался, проявляя небывалую волю, подбадриваемый многообещающими, пылкими тирадами Дрейка.
Каждую половину часа Леонард отворачивался к стене и притворялся спящим. Воду он пил несдержанно, не смотря даже на её отвратительный вкус, но жажда не унималась. От этого становилось ещё хуже.
Мучительно тянулось ожидание. И спать больше не хотелось. От волнения то и дело разбивала дрожь, а на душе становилось нестерпимо жутко, когда заключенные из соседних камер начинали жалобно стонать и бормотать громко какую-то несвязную чушь. Заводил один, другие подхватывали и подземелье наполнялось тихим, злым гудением, напряженным и скорбным, пробегая кусачими мурашками по спине.
«Знаешь, о чем я тут подумал?.. – оживился Дрейк пытаясь отвлечь Леонарда от боязливого сосредоточения. – А я вот знаю, о чем думаешь ты…»
– Да, да! Я уже понял, что ты слышишь каждую мою мысль, – дернулся Лео. – Не мог ты перестать напоминать мне об этом.
«Да ладно тебе. Это всего лишь шутка, – оправдался голос. – Уж лучше возмущайся, чем вслушивайся в этот бред из-за стен»
– Ох, я бы с удовольствием посмеялся, – маг всё же отстранился от попыток разобрать гундеж прочих узников. – Но, если ты не заметил, тут совсем не весело…
«Мне нужен твой настрой на успех нашего предприятия, – однозначно заявил Дрейк. – А будешь отвлекаться на всякую дребедень, так мы отсюда никогда не выберемся. Продолжишь вести себя так и распускать нюни без повода…
– Поверь, поводов у меня хватает! – оборвал его Лео.
«А ну перестань думать об этом! – протестовал Дрейк, перебив в ответ. – Иначе мне придется вмешаться в ход твоих мыслей. Ты ведь не хочешь этого, правда?»
Лео дал кулаком по воздуху и заскулил. А когда понял, что легче не стало, повалился на рваные одеяла и уставился в темный потолок, стараясь не думать вовсе.
Час вечерней кормёжки неминуемо настал и по команде Дрейка Лео снова отвернулся от двери. Этот обход продлился заметно дольше, поскольку еду и воду раздавали и всем прочим узникам, среди которых Леонард был последним. Наконец, характерная возня в коридоре кончилась, и за удаляющимся звуком шагов последовало всеобщее пированье, заполнив подземелье необузданным чавканьем. И молодой маг бросился к своим деревянным мискам, опустошив обе одним махом.
Едва теплое и склизкое варево показалось ему изысканным ужином, достойным царских особ. Урчание в животе так и не прекратилось, но больше не отдавало болью.
Они не говорили до тех пор, пока время перевалило за полночь. Но когда Дрейк каким-то образом определил нынешнее положение Небесного Сердца, то опять запищал в голове Леонарда:
«Пора! Возьми минерал и положи себе под язык!»
– Чего?! – изумился Лео. – Опять шутить вздумал?
«Нет же! Делай, как я говорю, – уверял голос. – Уж так мы точно справимся…»
– Ты уверен? – переспросил Лео, покрутив пальцами красный камушек. – С ними и так можно?..
«Поверь мне, я не намерен дурачиться, если речь идёт о моём… о нашем освобождении, – торопливо объяснял Дрейк. – Было бы здорово, если бы ты доверял мне капельку больше».
– И с чего бы вдруг?.. – фыркнул Леонард.
«Так будет проще нам обоим, – откровенно ответил Дрейк. – Не сомневайся, если бы ты не был мне нужен, я давно бы убил тебя, не задумываясь. Ты даже не представляешь, с кем имеешь дело, юнец...»
Слова эти врезались в ум Лео, и прежде, чем приняться рассасывать минерал, он хорошенько подумал над ними.
– Хочешь сказать, моя смерть может тебе навредить? – витиевато справился маг у Дрейка.
«Ещё как, о юный мой спаситель! – торжественно заявил голос. – Даже не представляю, что случится со мной, если тебя прикончат. И покуда по воле судьбы мы с тобой пребываем в одном теле, я готов буквально разорвать всякую желающую навредить тебе сущность на этом Мировом Круге!»
– Звучит неплохо, – неоднозначно пожал плечами Лео.
