Ну, и ещё потому, что действие уже принятых алхимического бальзама и зелий было ограничено лишь двумя часами. За этот срок нужно успеть прийти к логову и уничтожить акромантулов или, по крайней мере, их босса. Директор советовал максимально быстро найти в первую очередь именно главаря и расправиться с ним. В этом случае колония будет дезорганизована, без патриарха они некоторое время будут сходить с ума, ибо связаны единой ментальной сетью. Её разрыв повлечёт за собой последствия: самые сильные особи попытаются взять бразды правления группами в свои руки, начнётся мясорубка среди своих, и тогда Кингу останется только отступить аппарацией, дожидаясь, пока они ослабят друг друга. А в последующие заходы просто приходить и добивать помаленьку, можно растянуть охоту на несколько вылазок. Убивать по десятку-другому акромантулов за ночь будет в самый раз, дабы не рисковать понапрасну.
Неплохая стратегия. Неидеальная, имеющая множество подводных камней и шероховатостей, но уж какая есть.
На словах и вправду звучало легко. Вот только босс обычно обитает глубоко в огромной и разветвлённой сети подземных тоннелей, а с недавних пор у Кинга сформировалась стойкая фобия на все, что начинается на «подзе-» и заканчивается на «-мелья». Спасибо его идиотизму и беспечности с красными колпаками.
К тому же вряд ли Арагог будет просто дожидаться его, наверняка по его душу сначала отправят десятки акромантулов, а потом и больше. По данным директора, который в свою очередь получил их от Хагрида, всего колония насчитывает около ста шестидесяти особей.
«Это пиздец! Чувствую себя тупым героем-превозмогатором из какой-то манги», — про себя сокрушался Кинг. Но ничего не поделать.
Да, существовал лёгкий путь. Будь он прежним трусом, то попросту бы сбежал из Хогвартса, и плевать на учеников, плевать на вышедшую из-под контроля колонию существ Пятого класса опасности. Своя шкура ближе к телу. А уж Дамблдор и авроры смогли бы позаботиться о монстрах.
Однако в этой жизни у него появился шанс. Шанс доказать не кому-то, а самому себе, что он чего-то да стоит. Что у него есть сила, у него есть магия, и он способен её использовать по назначению.
Это было глупо, возможно, излишне самонадеянно. Тем не менее, только получив опыт (как реальный боевой, так и системные очки экспы) он сможет почувствовать себя увереннее в последующих испытаниях турнира. Парадоксально, но чтобы выжить, ему нужно заглянуть в пасть смерти. И, судя по всему, сделать это придется неоднократно.
— Вот бля, стрёмно-то как, — шептал Кинг, остановившись на опушке Запретного Леса. Изо рта вырвалось маленькое облачко пара.
Сухие крючковатые ветви деревьев походили на щупальца каких-то чудищ. Они бросали тени, от которых Кингу чудилось, будто на него кто-то смотрит. Он явственно ощущал на себе чей-то взгляд. Его жопа прямо сигнализировала о приближении очередных неприятностей.
Разумеется, это лишь обострившаяся паранойя. Наблюдатель, висевший перед ним, оглядел окрестности — никого поблизости не было. А зелья директора облегчат его продвижение и битвы в локации, и последний фактор придавал больше уверенности. За его плечами Дамблдор — крайне могущественная и контролирующая всё и вся личность. Он не должен дать умереть ученику Хогвартса, правда? Ведь правда?..
«Это третий раз, когда я пришёл в Запретный Лес…» — подумал он. Дважды он чуть не сдох: первый раз — от лап акромантулов, второй — из-за красных колпаков. Так или иначе, оба раза причиной послужила, скорее, собственная недальновидность и отсутствие предварительного планирования. Однако теперь план был, спасибо директору.
Кинг вытащил из сумки с расширенным пространством склянку со слегка светящимся зеленоватым содержимым, кивнул своим мыслям и сунул флакон во внутренний карман тёплой мантии. Ещё пару алхимических смесей, в темноте отливавших янтарными отблесками, дрожащими руками он осторожно распределил по внешним карманам на пуговицах. Кинг очень надеялся, что его случайно не ударят туда, иначе его ждет чрезвычайно мучительная смерть, как и монстров вокруг.
К слову, было определённое различие между зельеварением и алхимией. Многие маглорождённые студенты, особенно младшекурсники, считали, будто алхимия — это что-то, связанное исключительно с поисками эликсира бессмертия, вечной молодости и превращения какой-нибудь хренотени в драгоценные металлы. Другие же — более продвинутые студенты, родом из смешанных по крови семей — напротив, ошибочно предполагали, что никакой разницы между данными областями вовсе не существуют. Что они, по сути, тождественны. Но ошибались и те и другие.
