И когда глаза малышки, такие же зелёные, как и у отца, встретились с его, Бас отчётливо увидел, что радость озарила эту мордашку.
Эрика вышла из-за матери так, что Бас мог видеть ее как следует, и... Боже, как же она выросла!
Что ж, он не видел её почти год.
Девочка сильно вытянулась и немного похудела.
Её волосы отросли, и, судя по цветастому пальто, страсть к Hello kitty, должно быть, прошла в пользу Winx.
– Маленькая моя… – было всё, что Бас смог сказать надтреснутым от волнения голосом.
– Дядя Басси, ты вернулся! – закричала малышка, бросаясь ему навстречу, и он немедленно посадил её себе на шею, пусть даже это стоило ему значительных усилий.
Курт был поражён, насколько эта девочка была похожа на Себастиана.
Это была его маленькая женская копия.
И ещё больше он изумился, видя Бастиана таким расслабленным и весёлым с ребёнком.
Даже с малышкой Сантаны и Бриттани тем утром он не выразил особого энтузиазма.
Сейчас же, раздавал поцелуи, качал Эрику на коленях и заинтересованно разглядывал её новые бусы из конфет, которыми девочка решила похвастаться.
Курт был безмерно удивлён всем этим.
Настолько, что, почти не осознавая этого, он пригласил Фейт в дом, представил её отцу и потом сел на диван, чтобы иметь возможность лучше наблюдать эту сцену.
Когда Бас поднял на него глаза, он ответил ему улыбкой, полной ожидания.
Затем Себастиан сказал:
– Эрика, хочешь, я познакомлю тебя с одним очень милым человеком? Это Курт, мой хороший друг. Сегодня он приготовил для нас вкусный обед, знаешь? Будет много овощей.
Эрика перестала перебирать свои бусы из конфет, чтобы получше разглядеть Курта немного застенчивым взглядом, а затем снова обернулась к отцу и сказала:
– Но я не люблю овощи.
– Но те, которые готовит Курт, очень вкусные. Правда, Курт?
– О, да. Я использую секретный волшебный ингредиент, который делает их очень вкусными, – ответил Курт привлекая внимание малышки, которая спросила:
– Ты Курт – большооой друг дяди? Он мне всегда говорит о тебе.
– Правда? – спросил тот, искренне поражённый этим откровением, и в некоторой степени даже успокоенный.
Если Себастиан не скрывал его существование от Эрики, значит, рано или поздно, возможно, когда бы она немного подросла, он всё равно её ему представил.
Курт хотел верить в это.
Внезапно мысли о выходных, проведённых дома за просмотром мультиков с девочкой, которая сейчас так открыто и заинтересованно ему улыбалась, не казались ему ни неправильными, ни неуместными.
Возможно, со временем они могли бы переделать студию в комнатку для неё.
Окей, Курт признавал, что слишком забегает вперёд.
В сущности, он ещё не успел понять, как общаться с этой девчушкой, которая представляла на практике предательство Себастиана, а уже раздумывал о том, как трансформировать дом, чтобы принимать её?
Странно, по меньшей мере.
Его желание собственной семьи становилось уже навязчивым.
Поэтому он попросил Фейт следовать за ним на кухню, чтобы она могла посоветовать, какие продукты можно было предложить Эрике, и вышел, оставляя малышку в гостиной с Бастианом и своим отцом, который уже был влюблён в неё настолько, что позволить даже играть со своей неизменной кепкой.
Курт снова улыбнулся, взглянув на них.
И даже не осознал, что посреди всего этого мысли о Блейне совершенно покинули его голову.
Каждый по-своему реагирует на разочарование.
Кто-то объедается мороженным.
Кто-то отвлекается шоппингом.
Кто-то вкладывает душу и тело в какой-нибудь проект.
Кто-то начинает плакать и не перестаёт, пока не высушит даже душу; а есть те, кто, наоборот, бросается с головой в самое пекло жизни, часто совершая по пути немало глупостей.
Блейн не принадлежал ни к одной из этих категорий.
Вообще-то, формально Блейн вкладывал тело и душу в проект.
Но, учитывая, что делал он это для того, кто его разочаровал, это не считалось, правильно?
Блейн спрашивал себя, почему до сих пор находился там, в этом гараже, ремонтируя мотоцикл, который принадлежал не ему, а настоящему мудаку.
Мудаку, который в своё время был его лучшим другом, и это бесспорно.
Но который сейчас являлся лишь тем, кто прогнал его из страха, что придётся сдержать обещание.
После всего, что он сделал, чтобы выполнить обещания, данные ему.
Сейчас он чувствовал, будто получил удар ножом в сердце и от него тоже, а ведь после предыдущего предательства Блейн не верил, что Себастиан мог сделать нечто ещё худшее.
А вот поди ж ты...
Люди всегда сумеют удивить, правильно?
Но правда в том, что вопрос этот был неуместен.
Ничто из того, что Бас сделал или сказал, в действительности не поразило Андерсона.
И это ранило больше всего остального – больше, чем слова, больше, чем тот удар.
Тот факт, что Блейн ожидал подобного, и что ещё раз, несмотря ни на что, Себастиан проявил себя обычным эгоистом… именно это его ранило.
Сознание того, что, вероятно, в тот самый момент в доме разворачивалась очередная сценка театра лжи, разумеется, не делало его, счастливее.
Фейт рассказала ему о приглашении Курта.
Поэтому он ещё не поднялся в квартиру, чтобы помыться и забрать вещи.
Поэтому и потому что... ну...
Он ждал.
