– Тогда говори, пока Курт не вышел из душа, – поторопил его Бёрт.
– Все началось с моего желания помочь другу. Я… я знал Курта ещё до того, как он начал встречаться с Блейном. Я познакомился с ним в школе, в... да, в Далтоне, и, вообще-то, я же их и представил. Хотя и это не совсем точно. Мы оба заметили его ещё до того, как он перевёлся в Далтон, в Lima Bean. И нас обоих он поразил, по разным причинам. Только мне повезло столкнуться с ним первым. Любопытные повороты судьбы. Но едва представив их, я понял, что для меня всё было кончено. То, как они смотрели друг на друга, как разговаривали... Я никогда не верил в любовь с первого взгляда, пока не увидел этих двоих вместе. Сам Блейн попросил меня быть рядом с ним, – рассказывал Себастиан, продолжая держать глаза закрытыми, словно это помогало ему лучше вспомнить всё, каждую деталь. – Незадолго до того, как уехать в Европу, когда процесс был уже закончен, и он был окружён журналистам и любопытными и, главным образом, когда он считал, что оставаться в одном городе с Куртом, не имея возможности даже увидеться, для него было бы невыносимо. Вначале я не хотел, правда. Но потом я убедил себя в том, что просто делаю то, о чём просил меня Блейн. Я присматривал за Куртом издалека вместо него. Но это было… трудно. Потому что я любил его по-настоящему. Мне это было в новинку. Я всегда жил по принципу «хватай и беги» – одна-две ночи страсти, и я переходил к следующему. Но Курт… он захватил меня сразу. Он был… другим. Так что, я сделал то, о чём просил меня Блейн, полагая, что смогу выдержать и что, в сущности, это был мой долг по отношению к ним обоим, учитывая, через что им пришлось пройти. Только Блейн не ожидал, что я снова попытаюсь сблизиться с ним, рискуя всем и, по правде говоря, я и сам этого от себя не ожидал. Просто однажды вечером я столкнулся с ним в Lima Bean и не смог думать ни о последствиях, ни об опасности. Я подошёл к нему и представился. И стал его другом снова… но хотел больше. Гораздо больше. А он не поддавался. Он всегда будто бы ожидал кого-то другого. И меня это убивало, потому что я знал, что этим кем-то был Блейн. Один раз я даже умолял его вернуться, знаете? Я помню, сказал ему, что Курт сильный и может с этим справиться. И неважно, что всего за пару дней до этого я видел, как он был разбит всего лишь от воспоминания о том поцелуе, украденном Карофски. Я сказал ему, что это глупо, если они оба будут продолжать так страдать. Но на самом деле я просто пытался прекратить собственные страдания. Я всегда был на чеку, я хочу, чтобы Вы знали, я был внимателен к тому, что и как говорил ему, и если бы у меня возникли малейшие подозрения, что он может вспомнить, я бы немедленно исчез из его жизни.
– Ты всё равно слишком сильно рисковал, сынок.
– Я знаю, знаю. Я был рядом с ним во время многих кошмаров, Бёрт, но... Вы когда-нибудь любили кого-то? Какой глупый вопрос… Курт рассказывал мне о Вашей жене и он сказал, что это была настоящая любовь. Значит, Вы можете понять меня. Я бы остался рядом с Куртом даже только в качестве друга, если бы он хотел только этого. Но потом всё изменилось.
– Что изменилось?
– Курт. Курт изменился. Он приехал сюда, в Нью-Йорк, и больше не был тем сильным и уверенным Куртом, как когда-то. Он был в замешательстве, усталым, и был… слишком погружён в свою новую жизнь здесь. Мы снова встретились и, прошу Вас поверить, это произошло случайно. То есть, я знал, что он в Нью-Йорке, но мы нечасто созванивались после его отъезда из Лаймы. Отчасти, потому что я устал страдать за кого-то, кто, совершенно очевидно, не хотел меня. Отчасти, потому что он сам отдалился от меня. Он никогда не звонил, не искал меня. А потом мы опять увиделись в Starbucks. Что за клише, а? Тем не менее, для меня, это было чем-то вроде знака, о которых иногда говорят в фильмах. Может, это глупо... и всё же. Это был мой второй шанс, и я ухватился за него. Снова. Мне понадобилось два года, но в конце концов Курт... ну, Вы знаете. Принял меня, можно сказать. Или удовольствовался, если хотите, менее совершенной версией мужчины, о котором мечтал и видел сны.
– А когда между вами… всё это началось, ты не думал о том риске, которому подвергал моего сына или о Блейне и его боли?
– Да, разумеется, думал. Но вероятность, что Курт свяжет меня с воспоминаниями той ужасной ночи, была крайне мала. Меня там не было. Когда я пришёл, он уже потерял сознание и не видел меня, на самом деле, он ведь даже не знает, что я спас его, что если бы я приехал позже, он бы умер... господи! А Блейн… он... я лгал ему в течение семи лет, больше того, если разобраться, я начал делать это гораздо раньше... но я не мог поступить иначе.
– Почему?
