И не собирался отпускать его.
С этой мыслью, словно огнем выжженной в сознании, он буквально набросился на желанные губы.
И Себастиан, не медля ни секунды, принял его в свои объятия, вздыхая в поцелуй, как будто ждал его долго, слишком долго. И Тэд знал, что это так, потому что он испытывал то же самое.
Этот поцелуй отличался от всех их прежних поцелуев.
Этот был медленный, нежный и полный ласки. Словно оба хотели заново познать вкус друг друга. Это было нечто новое для них. Впервые, казалось, в их распоряжении сколько угодно времени, чтобы насладиться близостью, не спеша и не беспокоясь о том, чтобы прятаться от остального мира.
И то, что было между ними, не теряло своей ценности из-за этого. Не становилось менее прекрасным оттого, что не являлось больше ни тайным, ни запретным. Напротив... Сейчас это стало правильным. Восхитительным. И безграничным.
Тэд не мог больше держать это в себе, пока поцелуй становился более грубым, более жадным и горячим, а руки Себастиана проникали под его свитер, царапая и лаская. Рай и ад. Сладость и горечь. С Себастианом всегда было так.
Когда они прервались, чтобы отдышаться, Тэд прислонился головой ко лбу Себастиана и, пристально глядя ему его в глаза, сказал:
– Теперь тебе действительно нужно поспать.
– Я люблю тебя, – сказал ему в ответ Себастиан.
Возможно, он произнёс это впервые или, может, впервые Тэд почувствовал, что эти слова действительно были искренними.
– Я тоже тебя люблю, – сказал он поэтому.
Потому что это была правда. Потому что именно это заставило его подняться на борт того самолёта. Из-за этого он, не задумываясь, оставил своего бойфренда, как только Себастиан сказал, что приехал в Чикаго ради него.
Потому что это было тем, что он ожидал услышать с тех пор, когда в семнадцать лет притворился перед Себастианом слишком пьяным и занялся с ним сексом в Далтоне.
Потому что это было тем, на что он продолжал надеяться в течение трёх лет их тайной связи.
И в тишине, нарушаемой только их прерывающимся дыханием, которая последовала за этими признаниями, Себастиан, наконец, сказал Тэду, что у него было.
Курту казалось, что он никогда ещё не был так счастлив.
Вытянувшись в этой тёплой постели, всё ещё пахнущей ими и сексом, он разглядывал Блейна, мирно спящего в его объятиях, почти весь день. В течение этих часов он не раз задавался вопросом, какой же ад ему пришлось преодолеть в одиночку, и прижимал его к себе чуть крепче, пока день вступал в свои права, а затем снова превращался в вечер.
Он не хотел больше отпускать его, и уж конечно не после ночи, что они провели вместе. Дело было не только в грандиозном сексе, это было своего рода воссоединением с человеком, связи с которым,на самом деле, никогда и не терял. Они словно заново открыли самих себя и друг друга. И их любовь, чья сила была в состоянии преодолеть всё.
Курт знал, что не ему предстояло принять решение. Не только ему.
И всё же, он был полон надежд. Он понимал, что у Блейна есть определённые опасения, но после такой ночи, или, вернее, утра, как то, что они провели, нельзя было не дать шанс их вновь обретённой любви. Даже если Блейн ничего не обещал. На самом деле, никому из них двоих это не пришло в голову. Но теперь подобное было бы глупо, а Блейн не был глупцом.
Они могли разобраться вместе с Джоном и всем остальным. И с Марком, если бы он захотел. Ведь именно это они пообещали друг другу, прежде чем скользнуть в сон после самого прекрасного секса, какой Курт только мог вспомнить.
А пока, может, стоило приготовить что-нибудь поесть, чтобы Блейн восстановил силы для второго раунда, правильно?
С этой мыслью он в счастливом возбуждении поднялся с кровати, ища что-нибудь надеть, чтобы отправиться на кухню. И едва сделав шаг, почувствовал под ступней что-то маленькое и круглое.
Когда Курт поднял ногу, он увидел, что на полу лежало кольцо. Должно быть, это оно произвело тот негромкий шум, который он слышал накануне вечером. Он наклонился, чтобы взять его в руки, с удивлением отмечая, что кольцо было явно мужское, старинного золота и с небольшим аметистом в центре.
Почему у Блейна было такое кольцо?
Внезапно слова, которые Блейн сказал ему накануне, «Я не могу сделать этого Джону… он очень важен для меня», приобрели новый смысл. Это кольцо предназначалось Джону? Между ними действительно всё зашло так далеко?
Курт не понимал, и эта неизвестность сводила его с ума.
Блейн не давал ему никаких обещаний насчёт их будущего, больше того, он вообще не затрагивал эту тему, и сейчас Курт начинал думать, что Андерсон занялся с ним сексом только потому, что он слишком раздразнил его.
