Когда же сознание вернулось к ней, Рыжая подумала, что снова оказалась на корабле. Хотя нет, этот воздух ни с чем не спутать. Сухой, слишком сухой для моря... всё та же пустыня. А качает... потому что – верблюд! Рыжая огляделась и обнаружила себя лежащей в просторной люльке, укрепленной на спине двугорбого верблюда. На таких кочевники обычно возят старейшин, в них даже спать можно. Уж она-то знает – наездилась с бедави по пустыне за прошедшие полгода.
Верно – вокруг была та же пустыня, только окружали ее на этот раз не кочевники... вернее – не одни кочевники. Большинство в ее эскорте были рыцарями-крестоносцами. Они ехали верхом на боевых конях, при полном доспехе, и даже значки на копьях развевались. Словно принцессу какую везут, подумалось ей, и на сердце почему-то стало сладко. Вот ведь угораздило – каких только мужчин у нее в жизни не было, а сердце вот так вот замирает, как о нем подумает, о своем сенешале... Своем! Куда уж там, держи карман шире, вельшская девчонка-травница, прачка из солдатского обоза! Он ведь – принц Франции, у него жена, какая-то там Изольда, и скорее ты принадлежишь тому шейху, от которого уезжаешь на этой двугорбой спине, чем сенешаль принадлежит тебе! Но ребенок!.. Хотя – он не может знать о ребенке! Или – эта монашка догадалась и сказала ему? Ведь не от любви же, в самом деле, он послал за ней рыцарей, спас... Кстати, что сталось с той монашкой? Бедави в ту ночь не забрали ее с собой, это Рыжая знала достоверно. Наверное, лечит теперь крестоносцев в Иерусалиме да бережет себя для своего Бога... Бога, в которого Рыжая так и не может никак поверить. А эти – верят! Вон, и рыцарь этот молодой, из оруженосцев ее сенешаля... тьфу ты, опять! Всё время вел себя, словно монах какой. А ведь пригож собой, и уж любая прачка ему в ласках и без корысти бы не отказала. Так нет ведь, всегда строг, учтив... Вот, и сейчас такое лицо у него, словно на исповедь собрался!
Франкский рыцарь подъехал к ее верблюду на боевом коне. К чести его следует сказать, что в седле держится отлично – настоящий солдат, рыцарь воинства Христова, без страха, упрека... и без чего им еще там полагается быть? Без корысти? Ну, это мы еще посмотрим!.. Рыжая с интересом глядела на молодого воина в легком кожаном доспехе и светло-сером плаще тонкой шерсти с вышитым синим крестом, накинутым на плечи. Хороший плащ, нужный, без такого в пустыне ночью замерзнешь!
