…попытки дешифровки излучения внешнего слоя поля не увенчались успехом. Профессор Вэйнард считает, что продолжать бессмысленно, и я с ним согласен. Мы никогда не сталкивались с подобными структурами планетарного масштаба, и, даже если мы бросим на решение данной задачи все наши вычислительные мощности, этого не хватит. А возможно, излучение не несёт в себе никакой полезной информации. Хотя, должен признать, в излучении поля прослеживается система – волны уходят в пространство со строгой периодичностью в 3,3 секунды. Именно этот факт заставил предположить наличие разумной технологической деятельности.
Далее шла информация о неоднородности поля. Максим по диагонали пробежал эту часть – о том, что сфера неоднородна и имеет проколы на полюсах, Максим сообщал ещё на Земле. Но один момент его заинтересовал:
…телепортационный луч снаружи также не проникает сквозь поле, свободно отражаясь от него под углами от 40 до 68 градусов. Советую прекратить эксперименты в связи с последним происшествием: подопытный объект (климатический генератор модели 3с), следуя в отражённом телепортационном луче, материализовался на восьмой станции, в кабинете профессора Синеры. Хорошо, что последний в это время находился на Редиме. Рекомендации – продолжать использовать прокол в области Южного полюса для высадки исследователей и техники.
Интересно, что обратная телепортация с планеты была возможна, и причина этого оставалась невыясненной.
Максим дочитал доклад и задумался. Поле Редима по-прежнему вело себя пассивно, не реагируя ни на какие опыты. Проблема была в том, что опыты давали не понимание полученных результатов, а лишь голые ответы на поставленные вопросы. Можно ли проникнуть на планету через полюс? – Да. – Можно ли проникнуть на планету другим путём? – Нет. – Почему? – Потому что.
…внутреннее излучение поля играет большую роль в жизни редимеров. Поскольку планета покрыта густым слоем облаков – как водяного пара, так и ионных, – свет звезды Тау Глиссе не может обеспечить приемлемые условия для развития сложных организмов. Однако мы видим обратную картину. Достигается это как раз за счёт внутреннего излучения поля, обеспечивающего оптимальные температурные и оптические условия, а также смену дня и ночи.
Заметка. Хоть это и не наша с профессором Вейнардом область, нам кажется, что именно из-за того, что редимеры никогда не видели звёздного неба, у них и отсутствует тяга к космосу. Но, конечно, причины могут быть и в другом.
Докладчик, очевидно, ещё ни разу не был на самой поверхности, иначе не утруждал бы себя написанием подобной чуши. Максим хорошо помнил это ощущение, когда ходил по Редиму, – ему каждый раз приходилось прикладывать усилие, чтобы смотреть вверх. Звёзды, планеты, глубины космоса – всё это казалось настолько далёким, настолько утопало в прошлом, что Максим уверился – родись он на этой планете, никогда не задался бы вопросом «а что там, наверху?».
Максим открыл рапорт другой аналитической группы. Их исследования касались взаимодействия редимеров и поля. Здесь уже было гораздо меньше формул, а манера письма была чуть проще.
