Мэйтт стоял в просторном туалете, плескал себе в лицо ледяной водой из-под крана и был полностью обескуражен. Всё, что он читал о Стариках накануне поездки, вылетело у него из головы, едва мисс Мортейна попросила начать экскурсию, видимо, подозревая, что их гид не собирается этого делать самостоятельно. Мэйтт избрал, наверное, худшую тактику из всех возможных – он просто начал говорить. Упомянул несколько случайных фактов, невпопад ответил на несколько первых и последних вопросов и замолк. Наступившая вслед за этим гробовая тишина, нарушающаяся только гудением ТМП и, как казалось Мэйтту, скрежетом зубов мисс Мортейны, поставила точку в его фальшивой карьере экскурсовода. Дети моментально потеряли к нему интерес и вернулись к разговорам друг с другом. Мэйтт старался не смотреть на учительницу, опасаясь не выдержать её испепеляющего взгляда. Он буркнул извинения в пустоту и вышел из вагона.
– Грёбаная херь, – очень ёмко охарактеризовал происходящее Мэйтт, растирая ладонями холодную кожу на лице. Взглянул в зеркало. Оттуда смотрел уставший мужчина с красными от недосыпа глазами, морщинистой кожей и большим созревшим прыщом возле левого виска. Так было всегда, когда он нервничал, – прыщи выскакивали на лице, как грибы после дождя, и этот, пока что единственный, был всего лишь разведчиком, а основная армия – на подходе.
Мэйтт только сейчас осознал, насколько он плохо выглядит. Неудивительно, что мисс Мортейна с таким подозрением отнеслась к нему при первой встрече. А как оправдываться сейчас, он не имел ни малейшего понятия. Впрочем, нужно ли? Свою задачу – пройти контроль, проникнуть в ТМП, а затем и на Полюс, – он практически выполнил. Всего-то нужно перетерпеть пару часов – Досс его сменит, и экскурсия пройдёт как надо. Да, потом, по возвращению в Нью-Солст, у Мэйтта возникнут проблемы – сразу после того, как мисс Мортейна наведёт справки и выяснит, что никакого Мэйтта Уолли в сфере досуга не зарегистрировано. Там зададут несколько вопросов, просмотрят записи с камер вокзала и очень быстро установят личность, после чего, скорее всего, передадут дело законникам. Мэйтт прекрасно знал, насколько быстро работают коллеги. Впрочем, тут справился бы даже зелёный новичок – благодаря базовым имплантам его найдут за считанные часы. Затем Мэйтта допросят, проведут обязательное сканирование – и обнаружат подправленную на чёрном рынке метку. И – привет, тюрьма.
Резкий стук в дверь прервал его размышления. После короткой паузы постучали ещё раз и, похоже, останавливаться не собирались. Мэйтт открыл дверь.
– Мисс Мортейна, что…
Учительница мягко, но решительно толкнула его в грудь, заставляя отступить вглубь туалета, и сама шагнула внутрь, заперев за собой дверь.
– Нет, это вы мне скажите «что», мистер Уолли! – Она сердито смотрела на него, хмуря лоб. Большим пальцем указала на дверь: – Вы можете объяснить, что там только что произошло?
Мэйтт молчал. Он мог объяснить, но не знал, стоит ли рассказывать правду. Не знал он также, как на правду отреагирует мисс Мортейна. И как солгать так, чтобы ему поверили, он тоже не знал. Тупик.
– Мистер Уолли?
– Да?
Видимо, что-то отразилось на его лице, поскольку мисс Мортейна сделала шаг назад, а на лицо её легла тень страха. Она сделала глубокий вдох и тихо сказала:
– Хорошо. Я перефразирую вопрос и требую, чтобы вы дали мне чёткий ответ. Мистер Уолли, мы… дети в безопасности?
Мэйтт не сразу понял, что она имеет в виду, – дошло только через несколько секунд.
– Если вы, мисс Мортейна, подозреваете во мне террориста, то очень глупо с вашей стороны спрашивать меня об этом вместо того, чтобы обратиться к патрульным, вы не находите?
Учительница ахнула, но Мэйтт поднял руку в успокаивающем жесте и торопливо сказал:
– Нет-нет. Клянусь Создателем, я не террорист. Дети, как и вы и остальные пассажиры, в абсолютной безопасности. Но я и не гид, как вы уже, наверное, поняли. Поговорим? Обещаю, я расскажу вам правду.
Мисс Мортейна кивнула и, не сводя глаз с детектива, села на невысокую тумбу. Мэйтт присел на корточки напротив, чтобы оказаться чуть ниже. Простой психологический приём, позволяющий собеседнику почувствовать себя чуть более комфортно.
– Я вас слушаю, мистер Уолли. – Она скрестила руки на груди. – Кстати, это хоть ваше настоящее имя?
– Да. Я солгал вам только о своём роде деятельности и цели моего присутствия здесь.
– Так… и кто же вы на самом деле, и что вам тут нужно? – Мисс Мортейна прищурилась.
– Я законник, – помедлив, произнёс Мэйтт и увидел, как мисс Мортейна расслабилась. Может быть, она не поверила ему, но её первой реакцией было именно облегчение.
На Мэйтта накатило неожиданное вдохновение:
