Уже объявили посадку, когда я торопливо поднялась по ступенькам метро и пробежала глазами по большому табло над магазинами — в поисках номера платформы, к которой подан поезд, отправляющийся в восемь семнадцать и идущий до Портхоллоу, и помахала рукой высокой стройной женщине, стоявшей у турникетов. Раздался крик, затем свист, и начиная с первого вагона двери с громким хлопком стали закрываться. Я побежала, размахивая сумкой и не сводя взгляда с руки Фиби, махавшей мне в ответ. Она вставила наши билеты в турникет, бросилась сломя голову к поезду, вскочила в первый попавшийся вагон, а я схватила ее за руку и позволила втащить меня следом. Кондуктор захлопнул дверь у меня за спиной. Рука Фиби шлепнула меня сзади по бедрам и подтолкнула вперед.
В тусклом свете неоновых ламп глаза моей сестры терялись в тенях, скользивших по ее лицу.
— Пойми меня правильно, Эдди, я рада, что ты едешь со мной, но, когда я предлагала тебе взять выходной, я вовсе не имела в виду, что ты должна бросить работу.
— Все в порядке, — с трудом переводя дух, отозвалась я. — Давай куда-нибудь сядем, пока я не умерла.
Поезд размеренно пыхтел, отходя от станции. Мы с Фиби направились вдоль по коридору мимо туалетов с закопченными сажей дверями и как попало брошенного на полки багажа. Поезд был не таким переполненным, как я ожидала, возможно, потому что погода не благоприятствовала загородным поездкам. Мы нашли полупустой вагон. Состав неожиданно прибавил скорость, и нас швырнуло вперед. Затем он выехал из туннеля и медленно потарахтел мимо городских пейзажей Южного Лондона в сторону Клэпхем Джанкшена и Кройдона. По стеклам снова хлестал дождь, а мимо пролетали сады и незнакомые улицы. Мы уселись друг напротив друга, и Фиби поставила на столик слегка примятый коричневый пакет с двумя стаканчиками, накрытыми крышками.
— Моя мама говорит, что невозможно как следует выполнить работу, не выпив хотя бы три чашки кофе, — произнесла она, продолжая смотреть на меня с некоторой тревогой. — Если за первую мы примемся сейчас, то до приезда в Портхоллоу успеем осушить еще по две.
Я с благодарностью сомкнула пальцы вокруг бумажного стаканчика, который она мне вручила, а Фиби тем временем извлекла из сумки пластиковую коробочку. Моя сестра внимательным взглядом изучила поверхность стола и смела с нее крошки, прежде чем поставить коробку.
— Я так старалась прикончить вчера твои пирожные, потому что они оказались очень вкусными, но в какой-то момент сдалась, — призналась она. — Не говоря уже о том, что я съела слишком много сладкого и не спала полночи. Я взяла оставшиеся пирожные с собой в дорогу. — И Фиби улыбнулась мне, подняв брови и показывая на коробочку. — Учитывая обстоятельства, я решила не брать оригинальную упаковку.
Фиби наклонилась вперед, открыла коробочку, окинула профессиональным взглядом выбранные пирожные, потом откинулась назад, взяв маленькое абрикосовое, и принялась наблюдать за мной.
— Очень смешно. — Сделав глоток кофе, я осторожно оперлась на спинку сиденья. — Я проработала с Грейс пятнадцать лет, — проговорила я, глядя на проносившиеся за окном пейзажи. — И даже не думала о том, что когда-нибудь уйду, хотя Эндрю постоянно донимал меня разговорами об этом. Мне
— А чего ты хочешь? — Фиби взяла еще одно пирожное.
— Ничего особенного, — отозвалась я. — Маленькую пекарню неподалеку от центральной улицы Айлингтона. И, упаси боже, ничего во французском стиле. Только я и кухня. Кстати, возьми фотографию. Я подумала, что ты захочешь оставить ее себе.
— Я сделала копию. — Фиби погладила свою сумку и усмехнулась. — Подумала, может быть, мы обе захотим оставить ее себе. Еще я сделала копию снимка мамы и бабушки и того, что был в маленьком конвертике. — Моя сестра потянулась ко мне и сжала мою руку. — Думаю, ты можешь делать все что хочешь, Эдди. Ты живешь сама по себе, сама себе хозяйка. Богиня кухни. — И она взяла последнее пирожное в форме пальмового листа. — Если хочешь, я тебе помогу. Я очень ловко обращаюсь с цифрами.
Я невольно улыбнулась. Почему-то меня это не удивило.
— Есть еще кое-что, — сказала я. — Я наконец нашла письмо, которое Мерк отправил на Роуз-Хилл-роуд.
— Правда? — Фиби копалась в сумке в поисках упаковки салфеток, но, услышав эту новость, выпрямилась. — Ты узнала что-то еще?
— Да, — отозвалась я. — Прочти.
И я вручила ей письмо. Фиби замерла, увидев обратный адрес, а затем прочла несколько строк на линованной бумаге. И наконец подняла голову и посмотрела на меня.
