Секрет моей матери полностью

— А вы не видели там… ее… нашу мать? — медленно спросила я, пристально глядя миссис Робертс в глаза. — Или… меня?

Последовала длинная пауза, и она первой отвела взгляд.

— Нет, как я уже говорила, доктор принес мне одного ребенка.

— Но ведь нам был всего день от роду. Разве наша биологическая мать не должна была быть где-то неподалеку? — спросила Фиби.

— Я не уверена, — осторожно ответила миссис Робертс. — Мне известно только то, что делала я сама. Доктор сказал, что мать малышки очень молода и хочет все сохранить в тайне. Я и его видела очень недолго. Его фамилия Миллер, это я хорошо запомнила, потому что моя сестра вышла замуж за мужчину по фамилии Миллер и теперь ее зовут Арабелла Миллер.

Миссис Робертс откинулась на спинку стула, явно радуясь тому, что ей удалось вспомнить что-то еще, и не заметила, как мы с Фиби переглянулись, одновременно подумав о желтой тетради.

— Доктор Миллер. — Я принялась барабанить пальцами по столу. — Вы не знаете, он еще жив?

— Жив ли он? — Мой вопрос ошеломил миссис Робертс, однако она послушно задумалась над ответом. Краем глаза я заметила, что Фиби тоже начала барабанить пальцами по столу. — Даже не знаю. Он нам очень помог. Он был приятным человеком, но был уже немолод. Пожалуй, ему было лет пятьдесят-пятьдесят пять. — Судя по всему, эта тема ей понравилась. — Настоящий джентльмен, очень вежливый. Говорил веско и авторитетно. Медсестрички так и бегали, выполняя его указания.

Она слегка крутанула солонку, и на миг мы все задумались.

— А как именно происходило усыновление? — Мне постепенно начинало казаться, будто я веду допрос, и ситуацию нисколько не облегчал тот факт, что миссис Робертс всякий раз откидывалась назад, стоило мне задать вопрос, а потом отвечала на него дрожащим голосом, словно я раскладывала перед ней пыточные инструменты, предлагая выбрать, который ей нравится больше.

— Всем этим занимался Мэтью, — ответила она. — Документами и тому подобным. У него это получалось лучше. — И она замолчала, промокнув глаза платком.

Вдруг рядом со мной появился чайник.

— Это я, — радостно произнесла маленькая официантка. — Подумала, что, возможно, вам захочется еще чаю. Не хотите сэндвичей?

— С ветчиной и сыром, пожалуйста, — быстро ответила миссис Робертс. — Тебе нужно есть, милая, — возразила она в ответ на протесты Фиби и смахнула пушинку с кардигана дочери. — Ты слишком худая. Тебе стоит…

— Значит, документами занимался ваш муж… — Я принялась размышлять вслух, и миссис Робертс умолкла. — Это были документы на усыновление? Их подписывал кто-то еще? Может быть, кто-нибудь из больничного персонала? И… э-м… может быть, наша мать?

К нам снова спешила официантка, неся салфетки и приборы.

— О нет! — Казалось, миссис Робертс была шокирована. — В те времена с этим было очень строго. Личные данные матери защищали всевозможными способами, поскольку это, видите ли, могло разрушить ее репутацию. Что ж, в данном случае, полагаю…

— Она уже была разрушена? — закончила я вместо нее.

— Хм… понимаете, в чем дело, — быстро произнесла миссис Робертс. — Это было еще до появления таблеток. В то время было много нежелательных беременностей, и молодые женщины не хотели, чтобы о них кто-то узнал. С этой целью и создавались общежития для одиноких матерей. Доктор Миллер очень подробно мне все объяснил.

Фиби смотрела на стол, перестав барабанить по нему пальцами.

— Вообще-то скоро мы сможем узнать об усыновлении больше. Я подала заявку на то, чтобы просмотреть реестры.

— Неужели ты действительно это сделала? — испуганно спросила миссис Робертс, совершенно не обрадовавшись этому известию. — Но у тебя ведь есть свидетельство о рождении. Что еще тебе нужно?

— Можно запросить оригиналы документов в Управлении записи актов гражданского состояния. Сначала необходимо встретиться с консультантом по вопросам усыновления, он сможет дать более подробную информацию. На это требуется некоторое время, так что я, пожалуй, уже начну заниматься этим вопросом. — Не глядя на мать, Фиби расправила свою салфетку и положила приборы ровно.

— По-моему, ты говорила, будто не собираешься этого делать… — нахмурилась миссис Робертс. — Ты сказала, все, что тебе нужно — это ее имя. Зачем тебе еще какие-то бумаги?

— Если бы она была жива, бумаги мне бы не понадобились. Но я хочу знать, кто мой отец.

Миссис Робертс снова нахмурилась.

— Твой отец Мэтью, — строго произнесла она. — На свете нет лучшего отца, чем он.

— Да, — отозвалась Фиби, на этот раз мягче, и подняла голову. Улыбаясь матери, она протянула руку, чтобы коснуться ее руки. — И так будет всегда, я это знаю, мама. Он был чудесным. И если я найду своего биологического отца, мое отношение к Мэтью не изменится. Но ты ведь понимаешь, что я хочу выяснить правду? Что мне нужно это сделать?

Было совершенно очевидно, что миссис Робертс ничего этого не понимала. Она снова взяла солонку и, хмурясь, принялась вертеть ее в руках. Всякий раз, когда она раскачивала ее слишком сильно, на стол сыпалась соль, и вскоре он был весь покрыт мелкими крупинками.