– Вам здесь не рады, – повторил великан странным гортанным голосом: чтобы разобрать, что он говорит, Алзасу пришлось вслушиваться.
– Простите нас, – выдохнул Алзас, склонив голову и почтительно опустив глаза. – Мы не хотели посягать на ваши земли, всего лишь…
– Что? – рявкнул чёрно-синий змей, выпуская из выпуклых ноздрей клубы едкого дыма.
В отличие от свистящего шёпота, каким говорил Алзас, гортанный рык этого змея звучал так, будто из глубины его горла, бурля, поднималась густая раскалённая лава.
– Нам больше некуда податься, стае нужно отдохнуть и собраться с силами, – тихо ответил Алзас.
Глаза чёрно-синего змея сощурились, и он кивком головы указал в сторону колонии белозмеев. Заострённые, как кисточки, усики по краям его пасти задрожали.
– Сколько вас?
– Когда мы отправились в путь, нас было почти двенадцать сотен. Теперь едва ли осталась тысяча, – печально ответил Алзас. – И те, кто выжил, очень ослабли от голода.
Чёрно-синий змей пристально смотрел на Алзаса, будто бы оценивая его.
– Следуйте за мной, – рявкнул он наконец, направившись к расщелине, из которой появился.
Алзас хотел подчиниться, но лапы его подкосились: он споткнулся и чуть было не упал. Полёт вымотал его гораздо сильнее, чем ему казалось.
Алюций выступил вперёд.
– Я пойду с вами, – сказал он чёрно-синему змею, и Алзас отметил, как умело второй в колонии белозмей придал своему голосу гортанный призвук, который перекликался с рыком чёрно-синего змея.
Великан опустил голову и, расправив громадные крылья, скрылся из виду в расщелине. Бросив ободряющий взгляд на Алзаса, Алюций тоже расправил крылья. Затем он спрыгнул с края расщелины и нырнул в светящуюся пустоту вслед за огромным змеем.
За расщелиной каменные стены расходились в стороны, и взору открывалась пещера, просторная, залитая свечением лавы. Едкие серные пары от потока расплавленной породы внизу жгли Алюцию глаза. Чёрно-синий змей делал круги в потоках горячего воздуха, и Алюций следовал за ним, вытягивая вверх извилистую шею, стараясь рассмотреть странные синевато-серые скопления гнёзд, покрывавшие потолок пещеры высоко над головой.
Большие и выпуклые, они, казалось, были сделаны из обожжённой глины. Плавно поднимаясь, Алюций разглядел нацарапанные когтями узоры, которыми были украшены гнёзда: квадраты, круги и спирали, солнечные лучи и перекрёстные штрихи, замысловатые линии, напоминающие плетёную траву. В каждом гнезде было по двадцать, а то и больше отверстий, через которые туда и обратно сновали сотни чёрно-синих змеев.
Алюций понял: чёрно-синие змеи не только превосходят их размерами, но и колония их по численности в разы больше колонии белозмеев: она, должно быть, исчисляется тысячами.
Летя за своим провожатым, Алюций проносился мимо бесчисленного множества змеев, которые ловили переливающихся серных мух, что роились в горячем воздухе. Чёрно-синие змеи провожали его своими яркими сапфировыми глазами, но, казалось, были довольны тем, что странный белый змей, появившийся среди них, никого не беспокоит.
Накренив крыло, чёрно-синий змей взмыл к потолку пещеры, устремился ко входу в один из огромных глиняных куполов и скрылся внутри. Собрав остатки сил и мужества, за ним последовал Алюций.
Его окутал тёплый влажный воздух, и Алюций почувствовал, что из мрака на него устремилось множество пар глаз. Подняв голову, он увидел: внутри к вершине купола поднимались террасы, и на их изогнутых выступах собирались змеи всех возрастов, споря за лучшее место и громко переговариваясь резкими неприятными голосами, которые невыносимо резали слух. В самом центре покатого пола на ложе из жёлтого лишайника и красного мха восседал чёрно-синий змей очень почтенного возраста, судя по его огромным изогнутым когтям, удлинённому шипу на подбородке и наползающим друг на друга чешуйкам, которые образовывали борозды на его спине.
Наступила тишина; провожатый Алюция выступил вперёд. Он с почтением склонил голову.
– Бивиш-Гар, снежные змеи с тонкими шеями, которых мы видели, достигли паровых бассейнов. Я привёл к тебе вот этого, чтобы ты сам посмотрел.
Древний змей повернул свою могучую голову, и Алюций увидел, что у старейшины не было одного глаза. Другим же он смотрел на него, не мигая.
– Значит, то, что сообщили мои разведчики, – правда, – сказал древний змей. – Вы действительно выглядите странно, и ваши голоса непривычны нашему уху, – глаз Бивиш-Гара сузился, – но скажи мне, снежный змей, что может помешать нам сломать ваши прекрасные крылья и тонкие шеи?
Алюций склонил голову.
– Мы не представляем для вас и вашей колонии никакой угрозы, – сказал он, добавив рычания своему тихому свистящему голосу. – Мы лишь просим дозволения передохнуть и оправиться после долгого путешествия. Мы покинули свои земли и проделали немалый путь, убегая от двушкурых, которые хотели нас отравить.
– Двушкурых? – переспросил Бивиш-Гар.
Алюций поднял голову.
– Они называют себя людьми, – сказал он. – Но мы зовём их двушкурыми, потому что свою собственную шкуру они покрывают ещё одной.
– Зачем?
