К нам подошли все члены семьи. Отец посмотрел на меня как на умалишенного, хмуро качая головой. Конечно, негоже принцу так себя вести, тут полно посторонних. А я показал слабость, чувства, присущие обычному человеку, но никак не обладателю королевской крови, причем проявил теплоту к жене мужчины
– Все мои дети в сборе, какое счастье! – сгладила обстановку матушка.
Любое пиршество сопровождалось танцами, песнями, а также игрой на балалайках и флейтах. Девушка в желтом наряде вышла и стала двигаться так ловко и грациозно, как будто вела беседу сама с собой. И не хотелось прерывать ее речь. Поворот, движение бедром – и руки-крылья очерчивают воздух вокруг. Ее движения говорили о свободе и любви, о безопасности и тихой радости. Безмолвный монолог завораживал, манил, но никто не смел разрывать магию танца. Девушка одной рукой обняла себя за талию спереди, другой сзади и закружилась. Резко остановилась и окинула взглядом восхищенных зрителей. Они понимали ее, понимали без слов и разделяли все чувства. Глаза пробежали по лицам, но остановились на мне.
Танцовщица протянула ладонь, приглашая присоединиться. Я не успел ответить или даже подумать, девушка метнулась ко мне и, взяв за обе руки, закружила. Народ засмеялся и ринулся толпой вперед. Музыка сменилась с изящной на веселую, быструю. И наша тихая беседа превратилась в настоящий гомон. Движения стали быстрыми, дробь каблуков и хлопки поменяли настроение: воодушевление сменилось на радость, все танцующие сливались воедино. И каждый радовался. И каждый танцевал.
Одновременно с танцами ведьмы подбрасывали огненные шары вверх, и те рассыпались на бесчисленное количество искр. Они кружили под потолком, сплетаясь в магическую огненно-синюю птицу, которая пролетала над празднующими. Задерживаясь в самом верху, она разделялась на сотни маленьких синих птичек, которые пикировали вниз и рассыпались над головами зрителей. В одно мгновение мне показалось, что вместе с синими отблесками над потолком виднеется черное марево. Я остановился, выходя из танцевального плена.
“Тьма вернулась? Мы снова в опасности? Как быстро я смогу вывести людей?”
Я собрался, но мысленно приказал себе изучить ситуацию. Осмотрелся. Чужие лица не выражали опасений, наоборот были веселы и беззаботны. Проморгавшись, я снова поднял глаза к потолку, на котором уже не проглядывались нити тьмы. Светлая Матерь, мне показалось.
Армана
Амулет, маленькая серебристая птица, висел на моей шее и чирикал каждый раз, когда я сбивалась с пути. На второй день этот звук изрядно мне надоел. На третий я старалась ступать быстро и при этом выверять каждый шаг, стараясь не нарваться на очередное "Чир-ри-рик". Казалось, птица надо мной издевается. Еще немного, и я бы поверила в заговор против меня. Вокруг как будто были расставлены капканы, в которые я постоянно попадала. Услышав в очередной раз писклявое: "Чири-и-ик", я не сдержалась и обрушила на птицу все известные проклятия. На удивление, это помогло. Передышка остудила мой разозленный рассудок, а птица за это время нашла новый способ мне насолить. Хотя амулет от кожи отделял слой одежды, металл нагревался, и даже не глядя на грудь, я чувствовала: будет ожог
К концу пути птаха слетела со шнурка, на котором все это время висела, и направилась в убежище хозяйки. Когда она поняла, что летит слишком быстро, начала чирикать, призывая меня поспешить за ней. От вновь начавшегося щебета у меня задергался глаз, но я последовала за магическим существом, ускоряя шаг.
Вход в хижину был ювелирно замаскирован магией, в зарослях я не сразу сумела разглядеть дверь. Моя серебряная проводница порхала вокруг нее, быстро перебирая маленькими металлическими крыльями. Как только я прикоснулась к деревянной ручке, амулет юркнул в дверную скважину.
Дверь отворилась, и я, пройдя внутрь, спустилась в подвальное помещение. Основная часть дома ведьмы находилась под землей и имела внушительные размеры. В просторной комнате без окон было на удивление светло. Стены, выложенные темным деревом, не давили, а наоборот, словно расширяли пространство. Красные кресла с золотой вязью и шерстяной ковер с витиеватым узором добавляли особый уют. На полках выставлено множество красивых сосудов, наполненных эликсирами, мазями, сушеными цветами и рассыпчатыми добавками. У самой дальней стены хозяйка расположилась в кресле у камина, который пылал ярким малиновым огнем. Пламя словно подсвечивало женщину, но я увидела лишь силуэт – сидела она ко мне спиной.
– Ты долго, – отрывисто произнесла ведьма, попеременно постукивая пальцами по подлокотнику кресла.
– Я шла пешком, – вытирая рот, ответила я.
– И что, никаких заклинаний ускорения? – надменно спросила она, не смотря на меня.
Я вздохнула.
– Никаких.
– Слабая, – кивнула ведьма, подтверждая свое мнение обо мне.
