— Да! — восторженно восклицает Райя, ее глаза сияют. Она хватает меня за руку, переплетая наши пальцы, и смотрит на меня с нескрываемым энтузиазмом. — Пойдем, я покажу тебе лабораторию, которую папа оборудовал для всех наших экспериментов. Она чем-то похожа на твою, тебе точно понравится. Думаю, у нас уже есть большая часть нужных материалов.
Ее родители обмениваются многозначительными взглядами, пока она тащит меня прочь из кухни. Позади слышатся шаги ее отца.
— Знаешь, а ведь можно добавить и функцию готовки, — продолжает Райя, даже не замечая напряжения между нами. — Встроим нагревательную панель, чтобы тесто попадало прямо на нее на последнем этапе. Добавим механизм переворачивания, и вуаля — идеальная парата. Такое наверняка уже существует, возможно, для блинов или чего-то подобного. Нам просто нужно адаптировать технологию. Даже с нуля ничего проектировать не придется, если не захотим.
— Но в чем тогда удовольствие, моя маленькая фея? — усмехаюсь я. — Если мы с тобой что-то создаем, это будет лучше, чем все, что есть на рынке.
Она поднимает на меня взгляд и довольно кивает. Даже ледяная маска ее отца начинает трещать под напором ее восторга.
— Посмотрим, чему тебя научили на мехатронике, — бурчит он.
Я ухмыляюсь и пожимаю плечами.
— Сомневаюсь, — отвечаю. — Говорят, профессор там еще тот зануда.
Его глаза расширяются, а потом он внезапно разражается смехом, явно удивленный моей способностью шутить над самим собой. Его выражение смягчается, лед чуть-чуть отступает. Немного, но уже что-то.
Глава 30
Тревога сжимает меня в тиски, пока я выхожу из ванной в комнате Райи, снова загоняя себя мыслями. Годы идут, а я так и не могу чувствовать себя спокойно в незнакомых местах. Я должен с этим разобраться — нельзя жить, постоянно оглядываясь через плечо.
— Лекс?
Я напрягаюсь, вздрагивая от ее голоса, и резко поднимаю взгляд. Райя откладывает расческу и приближается ко мне, на ее лице читается беспокойство.
— Все в порядке? Я несколько раз позвала тебя, но ты будто не слышал.
Я заставляю себя улыбнуться и киваю:
— Прости, просто задумался.
Она тоже кивает, ее взгляд медленно скользит по моему телу и замирает на полотенце, небрежно обернутом вокруг бедер.
— Идем, — говорит она, берет меня за руку и ведет к кровати. Она усаживает меня, а затем кладет ладони мне на плечи. — Одну секунду, хорошо? Я сейчас.
Я хмурюсь, пока она убегает обратно в ванную, и вскоре появляется с еще одним полотенцем. Останавливается прямо передо мной, ее выражение лица — чистая сосредоточенность, даже забавная в своей серьезности. Поднимает полотенце и начинает аккуратно промакивать мои волосы.
Черт. Она такая, блять, заботливая.
Я хватаю ее за талию и просто смотрю, запоминая каждую мелочь — длинные ресницы, высокий изгиб переносицы, совершенную линию губ. Она одета в явно старую пижаму, цвета выцвели, но все равно она чертовски прекрасна в этих хлопковых белых шортах и рубашке на пуговицах с маленькими красными сердечками.
— Что ты делаешь, детка? — шепчу я.
— Я? Просто забочусь о своем муже.
Я резко вдыхаю при звуке этих слов, сжимаю ее талию и валю ее на кровать. Она вскрикивает, но тут же смеется, когда я нависаю над ней.
— Может, тогда поцелуешь своего мужа?
Она обхватывает меня руками за шею, подтягивая ближе, и касается губами моей щеки. Сердце пропускает удар, я тихо смеюсь и опускаю лоб к ее лбу.
Когда я немного отстраняюсь, она смотрит на меня с озорной улыбкой, ее пальцы едва касаются моего виска. А затем она улыбается той самой улыбкой — той, что предназначена только для меня. Теплой, нежной, интимной.
Связь между нами была с самого первого дня, и с каждым днем она только крепнет.
— Ты меня пугаешь, Райя, — вырывается у меня прежде, чем я успеваю подумать.
В ее глазах мелькает замешательство, она бережно берет меня за лицо.
— Почему?
Я лишь качаю головой и накрываю ее губы своими, намеренно задевая зубами ее нижнюю губу, прежде чем втянуть ее внутрь. Она наклоняет голову, ее пальцы зарываются в мои волосы, а тело начинает двигаться в такт моему. Она тихо стонет и чуть подается вперед, едва почувствовав, насколько я тверд, ее язык двигается тем дразнящим образом, которому я не могу сопротивляться.
— Черт, — шепчу я, касаясь ее губ. — Я хочу тебя до безумия.
Она скользит губами к моему уху, ее дыхание обжигает кожу.
— Тогда возьми меня, — шепчет она. — Я здесь. Я схожу с ума от желания.
Я стону, отстраняясь, лишь для того чтобы избавиться от ее одежды. Она смеется, когда я резко сажаю ее, но тут же обхватывает край моего полотенца — и именно в этот момент дверь ее спальни открывается.
Мое сердце чуть не останавливается, когда в комнату входит ее мать, держа поднос с двумя чашками горячего чая.
