Есть мне больше не хочется. Я продолжаю незатейливый разговор «ни о чем» и незаметно переглядываюсь с Августиной. Чуть погодя Мастер разрешает выйти во внутренний садик для общения тет-а-тет с его дочерью. Замечаю, что он наблюдает за нашим поведением из окна.
Прогуливаясь по тропинке, девушка заглядывает в мои глаза и мягко произносит:
— Барон, я знала о дне своих смотрин и представляла своего будущего мужа примерно таким, каким увидела сегодня вас.
Совершенно неожиданно для себя, теряюсь.
— Августина, вы, безусловно, сразу мне понравились, но я склонен думать, что события происходят неприлично стремительно. Мы едва знакомы!
— Я знаю точно. Вы и есть мой будущий муж. Очень скоро мы будем жить вместе, и у нас будут дети.
— Августина! Что скажет ваш отец на такое заявление?
— Отец никогда не навредит мне. — С полной уверенностью отвечает девушка.
Удивлению моему нет предела, но не ищу аргументы для возражений, дабы не продолжать этот странный разговор.
— Предлагаю вернуться в дом. Решение о браке так быстро не принимается.
Августина удовлетворенно улыбается, и мы возвращаемся к столу. Как раз подали сладкий десерт — желе из миндального молока…
Вернувшись в свои апартаменты, совершенно неожиданно для себя понимаю, что не могу выбросить из головы разговор с девушкой. Назойливые мысли о скоропалительном браке не отпускают: «Меня околдовали? Нет, не может быть, она прелестна и без всякого колдовства… Да и служба у меня опасная, и если, не приведи Господь, со мной что-то случится, род наш не должен прерваться…
В конце концов, что я теряю? Ровным счетом ничего, только приобретаю… А дочь у Мастера хороша… Помимо красоты в ней есть ум, расчет, явный природный магнетизм, хорошее здоровье и наверняка недурное приданое. Да и „ходить в женихах“ мне некогда. Более того, с женитьбой я получу еще большее доверие у своего короля… И потом, я сам согласился на предложение Мастера о смотринах. Получается, что родство с состоятельным бароном фон Линд выгодно со всех сторон. Думаю, что и моим связям в Европе женитьба на дочери Мастера не помешает. Не люблю французских и испанских лживых, ветреных жеманниц. Девушка, воспитанная в строгих нравах — отличный выбор».
На следующий день я снова появляюсь в доме Мастера и прошу разрешения уединиться с ним на несколько минут в кабинете. Барон соглашается с большим удовольствием.
— Господин Линд! — Начинаю свое непростое объяснение, — за то короткое время, что вы предоставили мне для знакомства, я почувствовал влечение к вашей дочери. Уверен, что при дальнейшем, с вашего позволения, знакомстве, чувства мои еще более усилятся. Странная ситуация… чувствую, что не могу скрыть волнение… И что делать, если Мастер ответит «нет»?
— Дорогой барон, я совершенно не собираюсь препятствовать вам. Наоборот, надеюсь на ваши дальнейшие встречи с моей дочерью и благоприятное продолжение этого знакомства.
Уфф! После такого ответа мне уже легче! Вздыхаю полной грудью и говорю:
— Уважаемый Мастер, к сожалению, я не распоряжаюсь своим временем и хотел бы сразу перейти к делу. Прошу руки вашей дочери.
Видимо, Мастер никак не ожидал такого стремительного развития событий. Любезное выражение его лица моментально меняется на деловое.
— Что вы имеете предложить моей дочери? Какими средствами и возможностями располагаете для достойного содержания семьи?
Усилием воли снова заставляю себя успокоиться и объясняю:
— Моя семья владеет несколькими поместьями на территории Эстляндии и небольшим замком в Ревеле, которые приносят приличный годовой доход. Также хочу еще раз напомнить уважаемому Мастеру, что состою на службе короля шведского и имею хорошее жалованье. Что касается моей родословной, она исчисляется с двенадцатого века от Голштинских рыцарей, входящих в состав ордена Тевтонского, перешедших на сторону Швеции и занесена в родословные книги Священной Римской Империи.
Чувствую, что Мастеру особенно нравится конец фразы про мою родословную. Насколько я осведомлен, своей родословной он похвастаться не может, он — новоиспеченный дворянин.
— Я рад вашему выбору, Дитрих. Но прежде, чем принять решение, должен поговорить с дочерью и супругой. В нашей семье важные события обсуждаются совместно. Сообщу о решении через два дня.
Дни тянутся в томительном ожидании. Совершенно не знаю, чем себя занять. Все остальные заботы и желания внезапно теряют смысл. Только и остается, что прилежно молиться и горячо просить Всевышнего о том, чтобы Августина и ее отец дали согласие на брак.
Наконец, все разрешилось. Получив положительный ответ, обговариваю с Мастером все детали церемонии, размер приданого и место нашего дальнейшего жительства. Затем скрепляем достигнутое соглашение крепким рукопожатием, двумя фужерами сливовой водки и назначаем предварительную дату свадьбы — примерно через шесть месяцев. До этого события нас с Августиной следует обручить по всем церковным правилам.
