Деревья тем временем расступились, открывая взору деревню, которая находилась в низине. Вдали виднелась стена заснеженного леса, поля, покрытые льдом – зима не отступала. По спине Софи пробежался холодок – она подумала, что могла сделать что-то не так, и возможно поэтому бабушки Ванархи скрывала грусть. В следующую секунду вдали показались люди, они выходили к окраине деревни, будто услышали на таком расстоянии, что к ним идут гости. На лице Софи, несмотря на боль, расплылась робкая улыбка. Софи ускорила шаг, потом перешла на бег. Ее босые ступни вспарывали снег, ветер обдувал лицо, ворошил волосы. Софи бежала к родителям.
Йон нисколько не изменился, его волосы оставались такими же темными и кучерявыми, красивые голубые глаза блестели от счастья, а на лице засияла широкая улыбка, когда Софи подбежала ближе. Она, запыхавшись, остановилась, оглядывая всех, кто вышел ее встретить – отец, дядя Брок, а позади них выходили дети, спасенные от другого мира. Софи бросилась в объятия отца и уткнулась в его грудь. Тот крепко обнял ее. Здесь все закончится, подумала Софи и счастье переполнило ее.
– А где мама? – отпрянула она на секунду, только ради этого вопроса.
Йон лишь кивнул в сторону, откуда только что пришла Софи с бабушкой Ванархи. По белому снегу бежала лисица: она тащила за собой Уилла, держа в пасти его куртку. Лисица бросила его в снег и обратилась в женщину.
– Мама, – прошептала Софи и побежала ей на встречу.
– Привет, моя милая, – Валери обняла дочь и поцеловала в макушку. – Наконец-то ты дома, Софи.
Уилл тем временем поднялся на ноги, и застыл безмолвно в стороне, а Софи все шептала, как она рада, что все закончилось.
Рядом с дядей Броком и Йоном уже столпились дети, Алан вышел в первые ряды. Он охнул, когда Софи наконец-то обернулась, отпустив маму.
– Софи… – выдохнул он, – что с тобой…
Он смотрел на девушку, которую помнил совершенно другой. В ее перемазанном сажей, израненном и исцарапанном лице с трудом угадывались былые черты. Изорванный свитер открывал чудовищную рану от клыков на плече, рука безжизненно висела на повязке, а платье, сгоревшее по колено, оголяло обожженные колени.
Уилл подошел к Алану и похлопал его по плечу.
– Ей очень тяжело пришлось, но все позади, – сказал он серьезно.
Софи с мамой в обнимку подошли ко всем.
– Привет, Алан, – произнесла Софи и улыбнулась. – Ты здесь, я видела тебя на картине.
– Привет, Софи, – ответил он. – Прости, что меня не было рядом.
– Все в порядк…
Софи резко выдохнула. Радость выпорхнула из нее вместе с этим последним воздухом. Откуда-то из глубины наружу вылезала грусть. Софи откашлялась и отпрянула. Грусть продолжала ползти наверх, цепляясь за легкие и сердце, не давая сделать полный вдох. Глаза наполнились слезами, Софи непонимающе осмотрела всех родных, друзей и детей, спасенных от другого мира. Она отступила еще на шаг, огляделась – вокруг лежал снег и на мгновение ей показалось, что несколько снежинок парили над землей. Софи отступила еще на шаг, словно боясь заразить остальных этой ужасной грустью, которая переполняла ее без видимых причин. По щекам ее скатились слезы, наконец-то готовые выполнить свою роль.
– Но почему? – спросила скорее саму себя Софи. – Почему все еще лежит снег?
Слезы потекли по ее щекам, она упала на колени и взяла в ладонь холодную ледышку.
– Я что-то не так сделала? – она смотрела на родителей, в глазах которых дрожали слезы. – Зима не уходит, потому что я что-то не так сделала? Я подвела всех? Подвела…
Софи зарыдала, впервые за все это время по-настоящему, выплескивая из себя все, спустя столько неприятностей, после увечий и издевательств, в конце трудного пути, сбросив чудовищную ответственность, которая не должна была пасть на плечи ребенка.
Софи чувствовала, как грусть тянется выше, а все остальные наблюдали, как из спины, из головы, из плеч девушки тянутся к небу тысячи прозрачных рук влаги.
– Что со мной? – жалобно спросила Софи, а по щекам ее лились слезы.
Руки продолжали расти, поднимаясь столбами в небо, пока не зацепились за тучи. Как только это произошло, тучи медленно поплыли прочь, оставляя на месте себя яркое голубое небо. Софи оторвалась от земли. Уилл двинулся вперед, но услышал в своей голове приказ стоять на месте – это бабушка Ванархи оказалась рядом с ним.
Уилл дрожал, переступал с ноги на ногу. Он смотрел, как все выше и выше поднимается над землей Софи, как тучи уносят ее. В какой-то момент Уилл перехватил взгляд Алана, тот кивнул в ответ, приняв предложение. В ту же секунду охотник ринулся вперед, и его мгновенно сбил с ног огромный волк: Уилл освободил путь Алану. Парень побежал в сторону Софи и в прыжке попытался схватить ее за лодыжку, но в ту же секунду ощутил острую боль в голени и плашмя шлепнулся на снег. Волк ослабил хватку, оставив на ноге следы от клыков. Софи улетала ввысь, и Уилл, и Алан безнадежно смотрели ей вслед. Валери уткнулась в грудь Йона и затряслась в рыданиях.
– Так должно было случиться, – раздался в мыслях у каждого голос бабушки Ванархи.
