Секс без любви полностью

Держа в руках сверток, я откинулась на спинку и глубоко вздохнула. Мой страх перед Хантером мало чем отличался от фобий Минни. Меня обуревали навязчивые мысли об этом мужчине, непреодолимое желание видеть его каждый день и глубокое разочарование оттого, что этого не происходит.

Что же я посоветовала Минни на этой неделе?

Мы работали над изменением паттернов ее поведения. Несколько лет назад она бросила курить, но недавно, пережив смерть сестры, начала снова. Конечно, мне хотелось, чтобы она бросила опять, но моей задачей была работа с ее ОКР-поведением, так что мы сосредоточились на привычке курить четыре сигареты подряд. Сегодня мы пытались сделать первый шаг. Я убедила Минни выжидать по шестьдесят секунд, прежде чем она зажжет следующую онкопалочку. А после третьей сигареты я рекомендовала делать быстрый перекус — пусть это будет хоть кусочек сыра, — чтобы перебить вредную привычку.

Может быть, эта посылочка установит какую-то связь между мной и Хантером, облегчит постоянное чувство неприкаянности, которое владело мной в последнее время. Но при этом сохранит между нами определенную дистанцию. Всей душой стремясь к этому, я разорвала обертку с нетерпением ребенка, рождественским утром открывающего подарок от Санта-Клауса.

Внутри было что-то вроде черного браслета. Королевский компрессионный ремень. Под названием — описание. Удобно фиксирует запястье с большим пальцем и удерживает их от неожиданных поворотов. Под подарком была записка на бланке «Кайл-Джергин», фирмы, где работал Хантер. Почерк был очень мужественным: темные чернила с большим нажимом, высокие с легким наклоном буквы. Совсем сошла с ума, если и почерк этого парня кажется чертовски сексуальным? Записка была короткой и приятной: он опять попал в яблочко.

Теперь у тебя есть повод думать обо мне.

Я улыбалась от уха до уха, как идиотка. До чего ж мило послать Иззи обещанный ремень для стрелков. На самом деле с того самого дня, как мы встретились, Хантер не переставал быть милым. Да, он бывал дерзок и даже груб, но и в этом была своя прелесть.

Продолжать работу стало бессмысленно. Раз десять я поднимала и опускала телефон, раздумывая, звонить ему или нет.

Должна же я поблагодарить.

Нет, это Иззи должна позвонить.

Но не позвонить будет невежливо с моей стороны. Кроме того, он отправил посылку на мое имя.

Но ведь содержание было для Иззи.

Надо позвонить.

Беру трубку и через тридцать секунд кладу ее.

Это же смешно. Куда подевались твои хорошие манеры? Я должна позвонить.

В конце концов, поколебавшись еще с полчаса, ограничилась простым текстом.

Наталья: Только что получила посылку. Иззи будет в восторге. Очень мило с твоей стороны. Думаю, сегодня вечером дождусь улыбку от пятнадцатилетнего подростка.

Точки практически сразу стали прыгать перед глазами, сердце учащенно забилось.

Хантер: Великолепно. А мачеха подростка в эти дни улыбалась?

Я не имела ни малейшего представления, как можно ответить на эти слова. Правда в том, что я скучала вдали от него. Пока сидела за столом, кусая нижнюю губу и обдумывая ответ, пришло еще одно сообщение.

Хантер: Перестань думать, что ответить — будь честна.

Наталья: Занята. Просто занята.

Хантер: Это не ответ на мой вопрос.

Не знаю, как и почему, но у меня получился такой текст:

Наталья: Я порвала с Маркусом.

Ответ пришел немедленно.

Хантер: Поужинай со мной.

Наталья: Только поужинать?

Хантер: Ну я бы предпочел съесть тебя. Но если это не вариант, согласен разделить с тобой хотя бы трапезу.

В животе сразу запорхали знакомые бабочки. Хантер так прямолинеен и так не похож ни на одного мужчину, которого я до этого знала.

Наталья: Когда?

Хантер: Завтра вечером. Заеду за тобой в семь.

Наталья: Хорошо. Но ведь это же не свидание, верно? Просто дружеский ужин на двоих.