Секс без любви полностью

— Мне пора. — Хантер прикончил пиво, которым я угостила его после починки раковины и врезки нового замка.

Поскольку Иззи написала, что после матча собирается зависнуть с друзьями, делать мне сегодня вечером было решительно нечего.

— Не хочешь остаться, посмотреть киношку или что-нибудь в этом роде? Могу приготовить поздний ужин, ведь обед у нас был поздний.

Хантер подошел, выкинул бутылку и убрал прядь волос с моего лица.

— Надо идти.

Рука Хантера задержалась на моей щеке, большим пальцем он погладил мой висок. Наши глаза встретились. Боже, я желала его до боли. Как же хотелось, чтобы этот парень взял обеими руками мое лицо, как он всегда делал во время наших поцелуев так нежно и так страстно. Но, как всегда, страх удержал меня от признания в чувствах.

Хантер прочитал этот страх в моих глазах и с грустной улыбкой наклонил голову.

— Мне определенно пора.

В молчании мы подошли к двери. Когда Хантер открыл ее, меня охватила безудержная паника.

— Ты собираешься завтра на ужин к моей маме? Она ведь пригласила тебя?

— Да, пригласила. Но скажу ей, что не могу прийти. Вместо меня тебе нужно взять парня, с которым встречаешься.

С которым встречаюсь? У меня было ноль желания тащить Маркуса к матери. На самом деле у меня было ноль желания и к самому Маркусу. В отличие от мужчины, который стоял напротив.

— Я увижу тебя снова?

— Я пробуду здесь еще два месяца. Если тебе что-нибудь понадобится, звони. К тому же надо следить за профессиональным ростом Иззи.

В первый раз, вместо того чтобы поцеловать меня, как он обычно делал, Хантер протянул на прощание руку.

— Дружим, не трахаемся?

Это было не такое заманчивое предложение, как просто секс, не любовь, но все же это было что-то. Я вложила свою ладонь в его.

— Дружим, не трахаемся.

Наталья

— Выглядишь потрясающе. Глаз не могу от тебя оторвать. Моему другу не понравится, что смотрю не на его картины.

К свиданию с Маркусом я готовилась изо всех сил. После ухода Хантера провела ночь в черной меланхолии. А потом подумала: может, если буду неплохо выглядеть, так и свидание пойдет получше. К сожалению, не сработало.

— Благодарю, — выдавила я из себя улыбку.

Мы переместились к следующей картине, и тут я в первый раз улыбнулась по-настоящему. Друг Маркуса оказался талантливым живописцем. Большинство его работ, выполненных в сюрреалистической манере, посвящалось предмету из какой-нибудь классической кинокартины. На полке под каждым полотном стояли коробки с вдохновившими художника фильмами. Эта была по культовому фильму ужасов «Птицы». В коробке — стая птиц, летающая вокруг головы испуганной женщины. На картине же изображен мужчина в панике и падающий на него рой скворечников с торчащими в виде когтей гвоздями.

— У меня есть друг, который будет в восторге от этой картины. Как думаешь, твой приятель не станет возражать, если я сделаю снимок?

— Что ты, конечно нет. Рядом с дверью висит табличка с надписью, что художник приветствует расшаривание, но не репродукции.

Выудив из сумочки телефон, я сделала несколько снимков. Пошлю их Хантеру позже. Я не замечала, что все время улыбаюсь, пока Маркус не вернул меня к действительности.

— Какая у тебя заразительная улыбка. Тебе это о чем-то напоминает?

— Мой друг Ха… — в самый последний момент я осеклась, чтобы не произнести имени Хантера, вспомнив, как Маркус сказал, что на обоих наших свиданиях все время говорила о нем. — У одного моего друга был неудачный опыт со скворечником.

После этого все оставшееся время я ходила по выставке с опущенными плечами. Чувствовала, что нужно дать Маркусу от ворот поворот. Никакими усилиями не могла заставить себя влюбиться в него. Кое-кто свел их на нет. К тому же Маркус был слишком милым парнем и не заслуживал неуважения. Так что я дожидалась окончания нашего похода на выставку. Маркус, зная, что я собираюсь на традиционный воскресный ужин к маме, предложил проводить до дома.

— Ты очень хороший парень, Маркус, — начала я.

Его улыбка тут же увяла.

— Угу. Звучит как комплимент, но не хотелось бы слышать такие слова на свидании.

Я чувствовала себя ужасно, но так было лучше.

— Прости, пожалуйста. Ты отличный парень и заслуживаешь женщину, которая хочет отношений и будет счастлива с тобой.

— И эта женщина — не ты?

— Нет, — я отрицательно помотала головой, — не я. Прости.

— У тебя есть другой?

Наконец я могла не врать. По крайней мере, в физическом смысле.

— Нет.

Маркус запустил руку в свою шевелюру.

— Ладно.

Потом посмотрел на землю.

— Друзья, полагаю?

— Мне бы этого хотелось.