Одно из осложнений установления терапевтического контакта связано с возможностью переноса на врача эмоций, не удовлетворяемых в семейных отношениях. В известном смысле такой перенос способствует контакту, но, если врач теряет контроль над ним или злоупотребляет им, он рискует увеличить, иногда – катастрофически, напряжение в семье. Врач – мужчина может оказаться объектом такого переноса для самого ребёнка и его матери, не находящих удовлетворения в отношениях с отцом и мужем, или для пассивно – зависимого отца, ищущего убежища от притязаний авторитарной и властной жены, либо капризных требований покровительства, исходящих от жены или ребёнка.
У врача – женщины могут возникать соответствующие ситуации. Они могут углублять семейные противоречия до явного конфликта, сказывающегося на ребёнке. Приходится предвидеть возможности переноса, контролировать свои реакции на его возникновение и управлять им, не задевая достоинства родителей. Они не всегда сумеют или захотят приходить на приём вместе, но встречаться лучше с обоими, чтобы один из них не становился «испорченным телефоном» для другого. При недооценке этого обстоятельства мать, ссылающаяся на отказ отца посещать врача, может использовать ссылки на мнение врача, как рупор выражения собственных убеждений. Вполне адекватные рекомендации при передаче их одним родителем другому могут обретать совсем иной, нередко до абсурда извращённый, чуть ли не патологический смысл.
В ОРГАНИЗАЦИИ ПОЛОВОГО ВОСПИТАНИЯ надо исходить из того постулата, что половое воспитание детей есть прежде всего воспитание взрослых – воспитание воспитателей.
В реальности приходится сталкиваться с проблемами перекладывания ответственности, подменяющего распределение обязанностей. Родители часто полагают, что это дело школы, учителя – семьи, а те и другие вместе – что это дело врача и средств массовой информации. Очевидная необходимость полового воспитания стимулирует инициативу на местах, часто осуществляемую неподготовленными энтузиастами, создающими собственные организационные формы. Объективные результаты их деятельности, как правило, обратны благим намерениям. Нередко такими энтузиастами становятся лица авторитетные в той или иной области медицины или педагогики, но не обладающие достаточной подготовкой в области общей и клинической сексологии, а потому «освещающие» своим авторитетом вековые заблуждения и предрассудки, либо неоправданный, сексуально расторможенный «прогрессизм».
Половое воспитание сегодняшнего дня показывает нам отсутствие такового; подавляющее большинство взрослых не готово к проведению этой работы с детьми, особенно в семье. Из поколения в поколение в этой области не накапливался положительный опыт. Молодым родителям не у кого получить совет, ибо старшие ещё хуже осведомлены в этом. Более того, необходимость для детей соответствующих знаний и адекватных воспитательных мер часто вообще отвергается старшим поколением. Такая позиция объясняется невозможностью изменения сложившихся моральных и сексуальных установок, часто необоснованной идеализации своего жизненного опыта. Другой крайностью является то, что за кажущейся простотой скрывается опасность проекции на воспитание собственных взглядов, далеко не всегда свободных от пережитков, предрассудков, искажающего или травмирующего личного опыта. Встречаются ещё педагоги, которые заявляют: «Мальчишкам одна дорога – доучиться как-нибудь до 8-го класса, а потом – в колонию». Даже родителям иногда приходится наблюдать, как в период развода и после него женщины – педагоги начинают хуже относится к мальчишкам в классе, как красивые и пользующиеся вниманием старшеклассницы вызывают раздражение одиноких учительниц, как идеал отношений мужчины и женщины меняется в зависимости от удовлетворённости педагога этой сферой своей жизни. Имеет значение и не преодолённое пока преобладание женщин – педагогов, затрудняющее полоролевое формирование. Противоречивость сегодняшних воспитательных установок нельзя не учитывать при обсуждении проблемы «феминизации мужчин». При более внимательном рассмотрении создается впечатление, что эта проблема не отражает реального состояния демократизации половых ролей, в ходе которой, большее место занимает маскулинизация женщин, порой принимающая форму «эмансипационного экстремизма». Поведение мужчин тем в большей степени кажется женственным, чем более мужеобразно поведение женщины.
Следует ли подросткам получать информацию о половой жизни?
