— Короче, я здесь главный патимейкер, — сменил быстро тему, — приказываю: развязать графиню, незамедлительно ввести в курс дела её светлость. Ответственная — её высочество, срок пять минут.
Мы с Джиро вышли из процедурной оставив принцессу наедине с графиней.
Кавас устало сидел на земле, зажав рукой плечо. Вид у мелкого злодея был настолько жалок и измучен, что его не стали связывать. Аякс непроницаемо глядел на него в упор, опершись на молот как на трость, в стиле британского денди. Вин Гезин, закутавшись в найденную где-то накидку и привалившись головой к убитому нехбиту, спал, не обращая ни на что внимания. Риса, Верлита и Гура смотрели, как Сура кормит лиломола печеньками.
Сейчас угадаю: каждая из них представляла на его месте себя.
— Да здравствует славный КОМ! — звучно обратился к ним. — Кроме редкого и полезного эндемика, из логова маньяка нами вырвана симпатичная графиня, любимица шайнского принца!
— Даже не принцесса драконов? — скептически отнеслась к новости Риса.
— Даже не красивая, просто симпатичная? — удивилась Верлита.
— Даже принц теперь нам должен? — Ход мыслей Гуры был явно практичнее.
— Даже не знаю, что хуже: быть маньяком и украсть графиню, или спасти её Джерком Хиллом. Принц будет еще больше завидовать, ревновать и устраивать сцены. — Более опытная и понабравшаяся житейской мудрости Сура, безжалостно точно оценила перспективы.
И только мой верный лиломол порадовался за меня: воздев пило-лапы вверх, он исполнил танец из сериала Уэнсдей, преданно чирикая о своей любви к Шайну, принцессе, КОМу, мне — да всем короче, кто протягивает ему сладкую руку помощи.
Но я сразу же устыдился цинично-пессимистичных мыслей. Большинство животных не рождены для счастья: еда и секс, социализация в стае — краткий список ориентиров, навязанных им инстинктами. Только попробуй выбрать что-то другое, тебе непременно устроят вымирание.
Настоящая свобода — это, когда танцуешь вокруг Джерка Хилла с печенькой в лапе.
— Джиро, за мной, — скомандовал я, — проверим второй выход.
Мы дошли до конца зала, повернули в узкий коридор, прошли буквально метров десять до слабого пятна света сверху. В тайном убежище вовсе не было темно, благодаря схистостеговому мху, обильно покрывающим стены. Конечно яркость его никак не сравнится с солнечным светом и после болванок, запущенных мной наобум и снесшим оседзский дуб, что служил выходом, лучи пробивавшегося солнца, демаскировали теплицу.
В дыре застряли какие-то сучья, отколовшаяся кора, последняя ступенька накренилась и свесилась, но в целом выглядело безопасным для перемещения
Тут сверху зашуршало и свет заслонила милая, рыжая головка с ушками.
— Вижу самые милые ушки на Диком Западе! — среагировал на её появление. — Все ли несогласные с этим утверждением уже умерли?
Кая довольно хихикнула и быстро спустилась к нам, держа в руке сверкающий жезл, с расходившимися на конце четырьмя лепестками.
— Провела разведку на глубину до километра. — отрапортовала она. — Тайный выход обнаружила быстро, взяла его в качестве ориентира. Ничего. Только выжженная земля. Примерно через двести метров засекла ридиевый стержень от вытяжки.
Она протянула этот, невероятный ценности жезл, мне.
Сам обруч и камни Тафирима расплавились под воздействием высокой температуры, исчезли будто и не существовали, но ридиевая основа даже не запотела. Возможно, она летела еще в ударной волне сотню метров, но ни пятнышка грязи, ни царапинки на суровом, магическом металле видно не было.
— Мы богаты, молоды и красивы. — скромно сказал я. — Предлагаю на монетки от продажи стержня построить космический корабль для полета на луну. На луне всяко будет полегче. Возможно мы найдем там других людей, начнем свой бизнес, откроем свой ресторанчик с народными блюдами Шайна.
— Опасаюсь слухов вроде, меню хорошее, но атмосфера так себе. — подкинула Кая тему.
Астрономия в этом мире носила зачаточный характер, теории рефракции не существовало, но мнение о слабой воздушной среде спутника доминировало среди образованной части населения. С Неста луна выглядела зелено-бледным шаром с редкими вкраплениями голубого цвета. Явно нездоровая фигня.
Неся беззаботную чепуху, мы возвращались к КОМу. По пути я рассказал про графиню с изменившимся лицом. Аристократический найденыш Каю особо не взволновал своим титулом: главное, что человека спасли. Обратила она внимание на привлекательность бедняжки и возраст.
— Не берусь судить, акцентировался на лечении, пробитым вытяжкой, боку пациентке. — соврал подружане.
Так то дойки у графини те еще, вполне себе смазливое личико, но топить себя в болоте сомнений, я конечно не стану. Вот если бросят меня девчули, стану адептом сологамии. Заведу себе дневник, в виде личной газеты и буду в ней писать: как правильно готовить смузи, делать мужской нейл-арт и сочетать конские шпоры с мужскими бриджами.
Представляю, как феодальное общество от моего дневника бомбить будет!
