– Я лишь вернула тебе долг и не дала пасть Бастиону из-за чьей-то глупости, – бесстрастно произнесла Шива, – но я рада, что все так обернулось.
– Я тоже, – сказала воительница и задала давно интересовавший ее вопрос: – Хотела узнать, ты закрыла ту страницу с местью, которая так мучила тебя тогда? Что с Зиртуаш? Отыскала ли ты ее в итоге?
– Не поверишь, но можно сказать, что да. – Шива мрачно улыбнулась. – Сразу после нашей миссии я наведалась во Френзис к Вестникам.
– Смело с твоей стороны, учитывая, что ты только освободилась от рабских пут.
– Я горела единственной целью – отыскать ее, отомстить за предательство клана, – объяснила Шива свой безрассудный поступок. – Тогда еще был жив Сайлес, глава информаторов. По моей просьбе он быстро навел о ней справки, и это оказалось довольно легко, так как после свержения Душегубов вся информация о некогда проданных рабах была в распоряжении Вестников. И знаешь, где она была?
Неамара в замешательстве замотала головой.
– В Демефисе. Ее, как и пообещали тогда работорговцы, определили в лучшее место. Лучшее… – с грустью протянула горгона. – Знаешь Кантасариса?
– Конечно, он председатель правового Дома Гемирос.
– В этом и весь смех, – презрительно хмыкнула Шива. – Ваш многоуважаемый член судейской коллегии садист и извращенец. Он купил Зиртуаш и держал ее среди таких же попавших в его сети женщин в подвале недалеко от Демефиса.
– Поверить не могу… – Неамара была искренне поражена этим фактом.
– Там он их всячески мучает, ублажает свою омерзительную натуру, испытывая на них самые изощренные методы допроса. Когда я об этом услышала, мое желание мстить отпало. Она понесла куда более страшную кару.
– Что ж, – после недолгого замешательства проговорила Неамара. – Я рада, что этот тяжелый эпизод твоей жизни наконец закрыт, а еще больше рада тому, что не нахожусь теперь среди таких двуличных уродов.
– В любом случае спасибо за проявленное ко мне внимание и разговор. – Горгона едва заметно улыбнулась, собираясь уже куда-то сорваться. – До нашего застолья мне надо уладить еще кое-какие вопросы.
Демонесса понимающе кивнула и проводила Шиву взглядом, пока та не скрылась среди толпы.
– Госпожа Неамара!
Демонесса оглянулась в поисках позвавшего ее греха и наткнулась взглядом на махавшую ей молоденькую представительницу Гнева. Девушка стояла в открытой кузнице недалеко от площади.
– Постой, я тебя помню, – узнала ее Неамара. – Ты была на фестивале в Тельвейс-Ан-Тире в числе ремесленников.
– Вы правы! – радостно отозвалась девушка. – Мы с вами встречались. И у вас еще было ожерелье с нелизгитом. Вам оно… разонравилось? – в замешательстве задала она вопрос, не увидев его на шее воительницы. – Или вы его потеряли?
– Долгая история… но можно сказать, что я его потеряла.
– Главное, чтобы вы не потеряли того, кто сделал вам этот щедрый подарок, – робко улыбнулась ремесленница.
Неамара незаметно вздохнула – в небольших закрытых городах вся личная жизнь напоказ, поэтому утаивать что-либо не было никакого смысла, и она откровенно произнесла:
– Вы правы, его я как раз снова недавно обрела.
– Думаю, это намного важнее, чем нелизгит, какую бы ценность он ни имел, – ответила девушка. – То, что все вы выжили после падения в жерло вулкана, просто удивительно! Вас хранит сам создатель! Лимантрэ говорила, что вы ничего не помните. Что очнулись уже у подножия вулкана…
– Так оно и есть, – настороженно согласилась с ней Неамара.
– Но я позвала вас не затем, чтобы донимать вопросами, – продолжила ремесленница. – Уверена, у вас полно других забот. Хочу преподнести вам подарок.
– Мне? – Неамара прижала руку к груди.
– Чему вы так удивляетесь? Вы героиня! По крайней мере, для нас, женщин Гнева. Вы смело защищали нашу свободу, нашу честь. Дали нам возможность начать все сначала. Здесь, в Бастионе свободы. Теперь я могу открыто заниматься тем делом, которое мне по душе. Поэтому примите это, пожалуйста.
Она достала из тяжелого сундука искусно выполненный, не поддающийся никакому сравнению, чешуйчатый доспех. Неамаре сначала показалось, что это броня божественных посланцев – точно такой яркий, насыщенный золотой цвет был у лат Иандаэля. Но различия все-таки бросались в глаза, ведь технологии умельцев Благодетели были недоступны грешным мастерам. Их доспехи повторяли изгибы тела и состояли из сплошных пластин. Работа же ремесленницы шокировала своей скрупулезностью. В комплект входили столь же мастерски выполненные поножи и наручи, которые представительница Гнева вытащила последними.
– О Всевышний… Я никогда не видела ничего подобного, – на одном дыхании проговорила Неамара.
– Я старалась работать быстро, чтобы успеть отдать его вам, – призналась девушка.
– Я не могу это принять.
– Еще как можете. Вы наша надежда, а надежда должна быть видна издалека всем воинам. Это будет для меня честью, если наденете его вы – женщина, избранная самим первозданным огнем. Я подгоняла его специально под вас. Придумала прорези для крыльев. Прошу… – взмолилась она.
– Хорошо, хорошо, – сдалась Неамара и склонилась в поклоне: – Благодарю!
