Перед вальяжно сидящим чертом появился грубо поставленный стакан.
– Значит, наша странноватая дамочка скоро прибудет. Хорошо… – произнес Деос, делая щедрый глоток. – Без ее неразборчивых комментариев даже как-то скучно.
– Главное, чтобы она смогла убедить примкнуть к нам не только своих, но и других, – тревожилась Неамара.
– Она справится, – с уверенностью заявил черт.
В этот момент их внимание привлекло достаточно оживленное и громкое перешептывание Америуса и Шивы, почему-то на горгонском языке.
– Матсух, – эльф поспешил свернуть беседу, заметив, что за ними наблюдают.
– Ребята, – обратился к ним Вестник, – это уже полное неуважение к своим товарищам – использовать шифрованный язык, который мы не понимаем.
– Идем, Деос! Мне нужно кое-что тебе показать, – Шива заговорщицки перевела взгляд на выход.
– Куда? Что показать? – не понял черт.
– Меньше вопросов. – Горгона поднялась со скамьи, на которой сидела вместе с Неамарой.
– Но я даже не успел допить! – воскликнул Деос.
– Самое время, – сердито прошипела горгона, заставив Вестника выпить содержимое залпом. – Иандаэль…
– Мне тоже надо присутствовать? – предположил ангел.
– Желательно, – ответила Шива чуть мягче.
Они быстро покинули харчевню, оставив двоих соратников наедине.
– Что ты удумал? – гневно посмотрела на мага воительница.
– С чего ты решила? – изобразил непонимание Америус, но не слишком искусно.
– Ты думаешь, я совсем глупа? – Демонесса вскочила из-за стола.
– Прости! Пожалуйста, присядь. – Он судорожно схватил ее за руку.
Слегка растерявшись, воительница опустилась на место, и маг отпустил ее запястье.
– Чего ты хочешь? – раздраженно спросила демонесса.
– Неамара, я не знаю, что мне сделать, чтобы ты меня простила.
– Мы договорились к этому не возвращаться.
– Но я так не могу.
– Тогда считай, я тебя простила, а теперь позволь мне уйти, – сухо проговорила девушка.
– Я знаю, что моим поступкам нет оправдания. Неамара… Я идиот! – хрипло крикнул он.
– Полностью согласна.
– Безмозглый поддонок.
– И подлый лжец.
– В тот момент, когда мы прощались, я уходил, сам не зная куда. Что мог предложить я, вечно потерянный, мечущийся между чувством и разумом, неуверенный в своем будущем, тебе – женщине, имевшей на тот момент все? Насколько было бы правильно с моей стороны уговорить тебя все это оставить и бежать со мной?
– Правильно было бы поставить меня в известность, – жестко ответила Неамара.
– Я не был достоин тебя.
– А сейчас?
– Сейчас… – запнулся Америус. – Все сложнее. Я нашел свой путь, но не мог по нему полноценно двигаться дальше. Думал, я смогу свыкнуться с тем, что потерял тебя. Но глубоко заблуждался. Я был уверен, что так будет лучше нам обоим. Что ты не будешь страдать вместе со мной. Ты давно обрела тот фундамент, которого у меня не было. Я же должен был его хотя бы нащупать, чтобы увести тебя за собой. Но я примкнул к повстанцам, и это все усложнило. Наши цели начали отличаться, и менять твои убеждения у меня вряд ли бы вышло, да я и не собирался этого делать.
– Ты был так уверен, что мой фундамент настолько прочный? Или не задумывался, что он вконец разрушится, если ты исчезнешь? Ты повел себя эгоистично!
– Теперь я это осознаю. Я прошу тебя дать мне последний шанс, – эльф продолжал вымаливать о снисхождении, медленно наклоняясь через стол все ближе к демонессе.
– Все уже в прошлом, – отрезала Неамара.
– Но мы же здесь. Теперь все условия этому благоволят. Мы на одной стороне. – Маг постепенно придвигал свою руку к ее напряженным пальцам. – Ты и я. Без тебя я не обрету опору.
– Поздно, Америус! Слышишь? Ты оставил меня, когда я нуждалась в твоей поддержке и была потеряна не меньше тебя, – ее голос задрожал, а рука, которая успела ощутить холод его кожи, скрылась под столом. – Ты думаешь, мне были нужны эти богатства? Ты действительно полный идиот! Больше никогда не поднимай эту тему! – Встав в полный рост, Неамара заплакала навзрыд. Под твердой броней все-таки была хрупкая женщина, с трудом справляющаяся с внутренними переживаниями, в которых слишком долго ворошилось прошлое. Это было постыдное для нее поражение. Собственная искренность заставила ее споткнуться, а вовремя не сдержанные слезы подставили ее горло под посох врага. Оставалось только уноситься прочь, что она и сделала.
– Неамара! – Маг побежал за ней, но, вспомнив, что никто так и не заплатил за ужин, вернулся и бросил на стол щедрую горсть монет. Время было упущено, и, оказавшись на улице, эльф полностью потерял ее из виду. Мучаясь еще больше чувством вины после столь неудачного разговора, Америус отправился домой.
