Внезапно в голову Ронни пришла безрассудная мысль, и спустя миг он обнаружил, что произносит ее вслух, даже не обдумав:
– Идем со мной, Бэт! Оставь Майка, и давай вдвоем искать счастья. Он тебе не пара, и мне грустно видеть тебя такой… такой слабой под давлением его властного характера, такой замученной его постоянными придирками.
– Нет… нет… я не могу… у нас с мужем все в порядке.
– Мы могли бы уехать прямо сейчас, найти место для нас обоих – где-то, где ты будешь счастливой и защищенной. Ведь с Майком ты не чувствуешь себя такой, верно? Ты отлично справляешься с выпечкой – этот торт с грецкими орехами был самым вкусным в моей жизни! Кто-то непременно согласится платить хорошие деньги за то, чтобы ты пекла нечто подобное. Вокруг масса возможностей, которые дарят люди, готовые признать твой талант, Бэт. Я не хочу, чтобы ты… растрачивала свою жизнь по пустякам, потому что однажды сделала ошибку, выйдя замуж не за того мужчину.
– Я не могу, Ронни, – с болью в голосе отозвалась Бэт. – Не могу просто так уехать. Я жена Майка, я обещала любить его, уважать и да, слушаться! Я не могу взять и уйти, как только появились сложности.
– Но сложностей быть
– И именно этого она и заслуживает. Она будет очень счастлива в тот день, когда станет твоей женой, но мы все вольны выбирать, и я сделала свой выбор. Я не могу уйти, не попытавшись сделать все возможное для того, чтобы наш с Майком брак был счастливым.
– Бэт, прошу!..
– Прости, Ронни, но так должно быть.
– Тогда мне больше нечего сказать.
– Думаю, мы оба сказали достаточно, – ответила Бэт, грустно улыбаясь.
Ронни еще раз крепко прижал ее к себе на прощанье – и ушел.
На углу он обернулся, чтобы помахать сестре рукой, и крикнул:
– Береги себя, Бэт! Я люблю тебя! Буду держать тебя в курсе.
И скрылся из виду.
Оставшись одна, Бэт почувствовала себя ужасно одинокой.
Казалось, она простояла так целую вечность – неподвижно, глядя туда, где еще мгновение назад был ее брат. Но теперь он ушел, и девушке стало очень грустно.
Наконец Бэт зашагала назад, и при виде собственного дома ей вдруг ужасно захотелось убежать отсюда как можно скорее и как можно дальше. Если бы только она была достаточно сильной для того, чтобы рассказать брату правду – о том, как она несчастна в браке! Ронни догадывался об этом, но она должна была набраться смелости, чтобы признать это – и, быть может, уйти вместе с ним. Но это было бы нечестно по отношению к брату, особенно теперь, когда у него не было ни работы, ни жилья. Она стала бы для него обузой.
В этот момент желание Бэт убежать вслед за братом было необычайно сильным. Ей так хотелось излить ему душу, признавшись во всех тяготах своего замужества. Но она очень боялась того, что могло бы произойти вслед за этим.
Несомненно, Ронни принялся бы выяснять отношения с Майком, а тот, в свою очередь, отреагировал бы агрессивно – так было всегда, когда он злился, а это случалось нередко.
Бэт понимала, что ей следовало держать язык за зубами еще хотя бы какое-то время.
Она произнесла дрожащим голосом:
– Ох, Ронни… Я такая трусиха! Как бы я хотела набраться сил и сказать тебе правду!.. Попросить твоей помощи и найти способ вырваться из этой клетки, именуемой домом. И уехать далеко-далеко от чудовища, за которого я так безрассудно вышла замуж!
Глубоко вздохнув, Бэт развернулась – после того, как, словно обезумев, вдруг приказала себе бежать за братом… умолять его забрать ее с собой.
Теперь у нее не было выбора. Нужно возвращаться в дом, пока Майк не вышел и не начал сердиться. Девушка сделала глубокий вдох – и зашагала к дому, все еще храня в памяти образ брата, улыбающегося и машущего ей на прощание.
Войдя в дом, Бэт тихо прикрыла за собой дверь и направилась по коридору в гостиную, где Майк блаженствовал, держа в руке стакан, щедро наполненный виски.
По хмурому выражению его лица Бэт с замиранием сердца отметила, что ее муж не в настроении.
– Вернулась, значит? – накинулся он на нее. – Вижу, тебе больше нравится компания твоего братца, нежели законного мужа. Я больше не хочу видеть его в своем доме, поняла?!
Заметив, что жена медлит с ответом, Майк принялся нервно ходить взад-вперед по комнате, все быстрее и быстрее, бормоча себе под нос:
– Этот негодяй имеет наглость приходить сюда снова, ожидая, что мы дадим ему жилье! Я уже говорил тебе, что у меня нет времени на таких, как он.
Майк остановился и взглянул на жену:
– Ты слышала, что я сказал?
– Да.
– И о чем же вы шептались под окнами? Надеюсь, не обо мне?..
– Нет!
– Я собираюсь спросить тебя кое о чем, и лучше дай мне честный ответ, потому что мне очень не понравится, если ты солжешь. Очень не понравится!
