– Зачем тогда мы теряем тут время и опрашиваем ни в чем не повинных детей? – я никак не могла понять логики поступков Соболева, а плохое самочувствие рвения к делу не добавляло. «Прыскалку» что ли в аптеке купить?
– Ну, например, чтобы вы с сестрой не передрались, выясняя, кто виноват. – протянул мужчина и засмеялся, увернувшись от блока стикеров, который я в него швырнула, – взаимоотношения с семьей – моя больная тема. Жаль, что не попала, с честно заработанным фингалом Егор нравился бы мне гораздо больше.
А когда до меня дошло, что именно этой реакции от меня и ожидали, поджала губы и уставилась в окно, не желая доставлять Соболеву еще больше удовольствия.
– А еще для того, чтобы убедиться, что мы копаем там, где нужно, ведь дети со своим природным любопытством могли действительно увидеть что-то важное, на что мы, взрослые, попросту не обратили внимания.
Ответить я не смогла, потому как дверь распахнулась, и запыхавшийся Ромка Дмитриев ввалился в кабинет.
– Здравствуйте! – гаркнул парень и замер в ожидании. Кажется, после возвращения Кирилла, дети поняли, что тут их не съедят, и поменяли настрой с настороженного на боевой.
– Здравствуй. – поприветствовала я подростка, видеть парня всегда было в радость. Среди детей Ромка был самый старший, и к тому же самый крупный. Высокий рост, широкие плечи и светлые волосы говорили о том, что вскоре девчонки будут безответно вздыхать по углам.
– Привет. Проходи, садись на диван. – сказал Егор и подобрал стикеры, которые, отскочив от стены, упали на пол к ногам мужчины.
Ромка послушно сел и уставился на Егора в ожидании.
– Ром, расскажи, пожалуйста, про вчерашнее чаепитие. Кто что делал, где стоял, куда отходил. Все, что ты запомнил.
– Вчерашнее чаепитие. Так. – парень нахмурил брови. Мы пришли в кабинет Андрея Борисовича. Сначала зашли мужчины и сестра Марии Аркадьевны, потом наши девочки, они побежали к своим курткам оставить сувениры. Ну вы знаете, им на экскурсии разрешили взять. – посмотрел парень на Егора. Тот согласно кивнул, и Ромка продолжил:
– Потом зашли мы с Еленой Максимовной. Мы уже хотели сесть за стол, но она вперед девочек не разрешила. Так что мы стояли около стола и ждали. Макс сказал, что не должно быть таких правил, а я сказал, что мы не вырастем мужчинами, если не будет никаких правил. А он сказал, что все правила для малышей. Я даже хотел врезать ему, но Елена Максимовна увидела и отвела меня в сторону. – скривился парень.
– Ты все правильно сказал. – поддержал Ромку Егор. – Но драться чуть что не так – тоже не по-мужски.
Ромка согласно кивнул и продолжил:
– Ну вот, и самыми последними вошли вы с Марией Аркадьевной. И тоже по очереди подходили к дивану. А потом все сели за стол и пили чай с пирожными. Ну Мария Аркадьевна пила кофе, а что пили остальные взрослые я не разглядел. А нам то кофе не предлагали, поэтому мы точно чай пили. Там для каждого было пирожное и торт. Я съел и то, и то. И еще немного конфет. Андрей тоже съел и то, и то. Я видел, потому что он рядом со мной сидел.
– А из-за стола кто-нибудь выходил? – прервал пошедшего вразнос ребенка Егор, а я с облегчением выдохнула, представив, как мы весь ближайший час выслушиваем кто что ел и пил, и что еще при этом было сказано.
– Мария Аркадьевна с Ликой выходили. – кивнул в мою сторону Роман. – Еще вроде мужчины покурить выходили. Это я не очень запомнил.
– Выходили. – согласился Егор, а я удивленно на него посмотрела. Неужели так увлеклась едой и детьми, что не заметила?
– Вы с Ликой тогда как раз вышли. – пояснил мне мужчина. – Неужели в коридоре не встретились?
Я отрицательно покачала головой. Значит, со мной не все так плохо, как я подумала сначала.
Ромка продолжил подробный рассказ. Внимательный он парень, однако. И сидеть бы нам тут до ночи, выслушивая все нюансы вчерашнего вечера, если бы не Егор. Мужчина тактично прерывал парня на самых незначительных моментах и уводил беседу в нужное нам русло.
Если откинуть все ненужные подробности, отмеченные детской памятью, выходит, что сначала к дивану подошли девочки и я, затем, следуя нашему примеру, к дивану направляется Егор и оставляет там куртку, в кармане которой находится кошелек с флешкой внутри. Далее все садятся за стол чаевничать, в процессе чего из-за стола выходили я с Ликой, и начальники четырех осмотренных цехов, а также замначальника вышивального цеха. Итого пятеро мужчин выходили покурить. Они же, как я понимаю, находятся у нас на подозрении. Вряд ли кто-то из детей после чаепития мог вытащить кошелек на глазах у товарищей и воспитателя и остаться незамеченным. Да и Егор склоняется к тому же выводу. Я совершенно точно кошелек не брала, Елену Максимовну подозревать тоже глупо – к дивану она подходила только один раз, да и то в компании меня и детей, и, если бы она могла в этой ситуации незаметно стащить кошелек, с такими талантами ее вряд ли бы допустили до воспитания детей. Алексей и Регина, как бы мне не хотелось обратного, тоже вне подозрений, вот и остается лишь пятеро мужчин.
