Когда троица добралась до пристани, перевозить солдат уже были готовы три гребные баржи. Легкими судами командовал старик со впалыми щеками и темной, покрытой морщинами от солнца кожей. Говорил он мало, но жест – открытая ладонь и указующий на нее перст – был вполне понятен, и сосноголовый вложил ему в руку мешочек с золотыми моне- тами.
– Путешествие на один день, – проскрипел сосноголовый.
Лодка, в которую запрыгнул Редноу, казалась весьма небезопасной, но старик настаивал, что в нее может поместиться не менее пятидесяти человек. Мирей, Теллвун и еще двое солдат запрыгнули в лодку следом и принялись грести, а сосноголовые и Затак остались, готовясь сесть на другое судно. Чтоб перевезти всех, понадобится множество рейсов.
По мере продвижения вперед Редноу чувствовал, как меняется погода. Аларкан располагался дальше, чем казалось на первый взгляд. Воздух здесь был гуще, теплее, казался более влажным. На коже, сколько ни вытирай рукавом, постоянно выступал пот. Чем ближе они подплывали к Аларкану, тем жарче становилось, и от этого Редноу чувствовал себя неуютно – ему казалось, что они постепенно плывут в подземный мир.
– Как может быть так душно? – снимая пальто, спросила Мирей. – На Семи Вершинах холодно и сухо. Здесь – жарко и влажно. Как ты думаешь, нашим солдатам это помешает?
– Они приспособятся.
По мере того как становилось все жарче, Редноу понял, почему это место столь долго оставалось неисследованным. Стоило путешественникам понять, в каком знойном климате им предстояло жить, они наверняка поворачивали назад.
Неизведанный Аларкан все приближался. Редноу прищурился, но впереди не было видно никаких зданий – лишь импровизированная пристань, к которой они и должны были причалить. Неподалеку, следя за доброй дюжиной миролюбиво грызущих траву тенерыков, сидел на земле какой-то старик – точная копия того, что жил на материке.
Редноу никогда не видел подобных зарослей. Казалось, деревья и кусты растут друг на друге и борются за выживание. На земле виднелись лужицы воды, но лес был гуще любого, который они раньше видели. Он был настолько густ, что Редноу вообще не был уверен, что это можно называть лесом.
– Как же, на хер, здесь воевать?
Это было довольно сложно, но, если у них будет достаточно времени, чтобы составить планы, эти заросли помогут им сократить время битвы.
– Мы здесь все расчистим, – отчеканил Редноу.
Я вижу твою улыбку в твоих снах. Я согрею тебя.
Наливая себе кружку вина, Гимлор заметила, что у нее дрожат руки. Она залпом выпила алкоголь и бросила взгляд на Норка, Нозему и Фолоя. Для изготовления жирных бомб у них было все – но никто не мог сравниться в этом с Эдмиром.
Она налила еще кружку и выпила в память о старом друге. Будь он рядом с нею, и у нее было бы уже пять сундуков жирных бомб – этого хватило бы, чтобы взорвать целый батальон: главное, заложить их в нужном месте. По ее оценкам, сейчас удалось изготовить около пятисот – и это было просто прекрасно, но их нужно было больше. Намного больше.
«Девичий Чертог» был закрыт для посетителей. Наживаться столько лет – и все для того, чтоб золото сейчас стремительно утекало из сундуков.
Сидевшие слева, у лестницы, Тинко и Тата чистили по инструкции мушкеты.
– Не отвлекайтесь. Чистите хорошо. Они должны превосходно работать.
Дети кивнули и принялись чистить дула длинной щеткой. Гимлор допила третью кружку и окинула взглядом заднюю комнату. Та, некогда бывшая залом для боев, теперь превратилась в хранилище для боевого снаряжения. Десятки рабочих укладывали оружие, подчиняясь ее командам, а остальные готовили жирные бомбы – еще медленнее, чем Фолой с близнецами.
Командиры Литан получили ее сообщение и согласились на контракт. Даже если предположить, что легендарный Кровавый Жнец был всего лишь мифом, придуманным для устрашения врагов, от одной мысли о нем ее бросало в дрожь. Но наемников до сих пор не было видно. А без Литан ей придется попрощаться с Гелерондой и всем, что она построила.
– Сосненок сказал, когда они прибудут? – спросила она, нервно барабаня пальцами по прилавку.
Фолой покачал головой.
– Я не могу заставить этого ублюдка сказать больше двух слов. Ты единственная, с кем он разговаривает.
Жирные бомбы у него в руках казались крошечными ягодами. Огромные руки мужчины были совершенно не приспособлены для изготовления чего-то столь деликатного.
Гимлор вздохнула, достала карту Аларкана и разложила ее на прилавке, а затем перевернула на другую сторону: там была изображена подробная карта Гелеронды со всеми лачугами, дорогами, сельскохозяйственными угодьями, лужами, прудами и нетронутыми болотами.
