– До того, как я бегала по степи, устраивая засады на солдат, до того, как мы встретились, я была гребаной преступницей – такой же, как и мои дети сейчас. Но, в отличие от них, у меня родителей не было. Была лишь некая мадам Маци, которая давала мне еду. Единственное, о чем она просила взамен, было то, что я должна была воровать для нее. Мадам Маци была просто конченой сукой, Эдмир, но она была самым умным человеком, которого я когда-либо знала. Она научила меня всему. И главное, чему она меня учила: держи друзей близко, а врагов еще ближе. Друзей у меня никогда не было, поэтому – во имя подземного мира! – я понятия не имела, о чем она говорила. Но теперь-то я понимаю ее слова.
Эдмир казался смущенным. Он кивнул, но Гимлор точно знала, что вот он-то как раз ничего не понял.
– Керион знает, что именно мы уничтожили герольда вместе со свитой, у него просто нет доказательств. Все остальные в городе тоже это знают, но хранят молчание. Так что он не обвиняет нас напрямую лишь потому, что он чужак и новенький здесь. Но он законник, а значит, ему на хрен не нужны деньги. Я взываю к его чувству справедливости, а не к его жадности. Если Керион станет стражем, на него лягут определенные обязанности. Люди будут ожидать от него очень многого. И когда он будет заниматься обеспечением нашей безопасности, у него не будет времени совать нос в наши дела. Теперь ты понимаешь?
– Блестяще, босс, – кивнул Эдмир. – Ты никогда не рассказывала мне о своем детстве.
– Я вообще мало об этом распространяюсь, – призналась она. – И, раз уж мы заговорили о войнах, у меня есть сильное подозрение, что стоит подготовиться к еще одной. Слишком много людей суют свой нос куда не следует. Мне это совсем не нравится, Эдмир. И мы не можем позволить этим сирестирским ублюдкам захватить Гелеронду.
– Если война неминуема, она все равно начнется, босс. Мы сделаем все, что можем. Как ты думаешь, он согласится на эту работу?
Гимлор пожала плечами.
– Думаю, да. Он напоминает мне богачей, которых я грабила в детстве. Его одежда. Его волосы. Все такое модное. Все курильщики, которых я встречала, были такими же. Они всегда пытаются доказать, какие они важные птицы. Сколько они пережили. Керион ничем не отличается от остальных.
Гимлор очень бы хотелось чувствовать ту же уверенность, что звучала у нее в голосе. Она привыкла контролировать ситуацию и командовать людьми, а сейчас все могло пойти иначе. Она слишком усердно трудилась, чтоб получить все то, что было у нее сейчас. Разумеется, Керион по-прежнему остался бы надоедливой занозой, но, сделав его стражем, она могла бы воздействовать на него, тешить его эго, его гордость, играть на струнах его сердца. Позволить ему стать героем города. Когда на твоей стороне курильщик – это все равно что управлять небольшой армией. Хотя для того, чтобы справиться с сотнями вражеских солдат, этого, конечно, недостаточно.
– Что задумали сирестирские поселенцы?
– Они все еще разбивают лагерь, босс.
Гимлор вздохнула, чувствуя себя окончательно сбитой с толку. Инстинкты подсказывали ей, что пришла пора подготовиться к битве.
А для того, чтобы настроиться на жестокую схватку, стоило подготовить горожан к вторжению или к тому, что скоро будут новые нападения на мохоспинов. Раньше Гимлор нанесла бы удар первой. Она бы отправилась прямиком во вражеский лагерь и сожгла его дотла – просто чтобы показать, что ей нельзя перечить. Но сейчас это было слишком безрассудно. Слишком многое могло пойти не так.
Она покачала головой и глубоко вздохнула.
– Может, стоит поступить по правилам?
– В смысле, босс?
– Возможно, у них не было злого умысла. Возможно, произошло какое-то недоразумение и они не убивали мохоспинов. Я пока что поверю в их невиновность. Я покажу, насколько я великодушна. Ведь любая работа состоит из того, чтобы брать и давать, да?
Эдмир пожал плечами.
– Я сделаю все, как ты скажешь, босс. Но вполне возможно, что они просто заждались герольда.
– Я знаю.
Когда они добрались до главной улицы, все магазины уже были закрыты. Лишь «Девичий Чертог» по-прежнему был полон посетителей. Эдмир распахнул дверь, и Гимлор вошла внутрь – и уверенности на ее лице было достаточно, чтобы замолкла половина крикунов.
– Добрый вечер, мадам, – сказал, облизывая губы, оборванный старик Вейр. Его длинные седые волосы почти касались эля в стакане. – Вы всегда выглядите просто превосходно.
– Пей больше, и я буду выглядеть еще лучше, – откликнулась Гимлор.
Норк и Нозема все еще стояли за прилавком. Она отослала их прочь и оставила Эдмира на раздаче напитков, а сама встала, положив руки на стойку, и окинула взглядом комнату: дети снова собирались устроить драку, свободных мест было всего два, и посетители возобновили свою громкую болтовню.
– Я думаю, старику Вейру пора напомнить, что ему уже время спать, – сказала Гимлор.
Эдмир кивнул и свистнул, подзывая двух своих людей.
Гимлор осталась протирать стаканы, ее мысли были далеко. Она ввязалась в опасную игру. Сколько времени пройдет, прежде чем горожане и Керион поймут, что враг близко?
