– Ну смотри, тебе решать, тебе и ответ держать! – Она сердито от меня отвернулась.
– Маша! – ещё из коридора раздался голос мамы. Войдя на кухню, она удивилась: – Лида? Я думала, ты с гостями. Маша, водички налей, таблетки выпью. – В ладошке перед собой она держала две таблетки – одна совсем крохотная, другая побольше.
Я заглянула ей в лицо, и она успокаивающе погладила меня по руке.
– Всё в порядке, Лида. Стефан давление померил, говорит, для меня нормальное. Велел эту дрянь на ночь выпить. Схожу к деткам, поцелую и лягу.
– Мам, сейчас ужинать будем.
Она покачала головой.
– Не буду я. С обеда ещё сыта. Не зови за стол и не жди.
– Анна Петровна, а торт-то! – упрекнула Маша, подавая стакан с водой. – Говорили, попробуете.
– К чаю выйду, попробую. – Мама отправила таблетки в рот и взяла стакан. Отхлебнув воды и закинув голову назад, сглотнула таблетки. – Такую красоту, что ты творишь, и пробовать не надо, одними глазами сыт будешь!
Я обняла её.
– Пойдём провожу тебя.
– Зачем? – Мама отстранилась от меня рукой . – Сама дойду. Что я дорогу не знаю? Тебе вон на стол накрывать надо.
Я проводила её взглядом. Ещё недавно быстрая в движениях, мама стала ходить осторожно и медленно…
– Помоги мне закуску да пироги по тарелкам разложить, – попросила Маша. – Да и чай-то ты будешь заваривать, или мне самой?
– Заварю, Маша, рано ещё чай заваривать, остынет.
Она поставила передо мной тонко и ровно нарезанные ломтики нескольких видов сыра и мяса. И только, я принялась оформлять тарелки; не решившись зайти внутрь, на пороге встала Катерина.
– Добрый вечер.
– Добрый вечер. Проходите, знакомьтесь, – пригласила я.
Катерина шагнула на кухню, глядя не на меня, а на Машу. Маша встретила гостью без тепла, осмотрела чуть настороженно, но осмотром, видимо, осталась довольна.
– Мария Васильевна, – представила я, – наша королева кухни и, как говорит мой муж, богиня кулинарии. Ваш босс, Катерина, с завтрашнего дня.
Катерина держалась спокойно и с достоинством.
– Маша, принимай помощницу. Это Катерина.
Женщины ещё некоторое время изучали друг друга. Молчание нарушила Маша:
– Марь Васильевной меня называть ни к чему, меня все Машей зовут.
– Катерина, – коротко ответила та, повернулась ко мне и спросила: – Зачем же с завтрашнего дня? Я сейчас пришла помогать. – И вновь повернулась к Маше. – Маша, располагайте мной.
Маша указала глазами на миски с салатами, расставленные на рабочем столе. Катерина уверенно отправилась к мойке, вымыла руки, оглядевшись, взяла полотенце и тщательно вытерла руки. Взяв в одну руку салатник, она вопрошающе уставилась на Машу. Та поняла и кивком головы указала на ящик с кухонными приборами, добавив:
– Верхний.
Катерина выдвинула ящик, достала большую ложку и принялась перекладывать салаты в салатники. Маша наблюдала за ней с минутку и тоже занялась делом. «А дамы-то нашли общий язык!» – хохотнула я и, подхватив разнос, уставленный тарелками с мясной и сырной нарезкой, вышла из кухни.
За порогом встретил Граф, потянул носом к разносу и отправился вслед за мной.
– Что, мальчик, вкусно пахнет? – спросила я. – Не могу приласкать, потерпи.
В гостиной я увидела Михаила, а вот его жены почему-то не было. «И Серёжи нет», – вдруг соединила я эти два факта. Расставив принесённые тарелки на столе, я присела перед Графом и скормила ему кусочек карбоната, обняла за шею и шёпотом спросила:
– Где твой хозяин, куда ушёл?
Граф коротко взвизгнул и лизнул меня в ухо.
«Ох, тревожно мне, Графушка», – мысленно пожаловалась я. Пёс тихонько заскулил.
Из гостиной на кухню – из кухни к столу, я сновала под застрявшую в мозгу речёвку – «Нет Серёжи, нет Светланы. Нет Серёжи, нет Светланы…» Граф сопровождал меня, и так же преданно встречали и провожали меня глаза Его Высочества и Стефана. В очередной раз зайдя на кухню, я поинтересовалась:
– Катерина, я Светланы не вижу. Случилось что?
– Да расклеилась она что-то, – не поднимая глаз от работы, отозвалась та, – сказала спать пораньше ляжет.
– Надо собрать ей ужин, я отправлю кого-нибудь отнести.
– Только если Михаила отправить. Он закрыл квартиру на ключ.
– На ключ? – переспросила я.
Маша даже оторвалась от дела и удивлённо посмотрела на Катерину – в усадьбе никто не запирал дверей, а тут ещё и человека заперли.
– Автоматически, – пояснила Катерина, – вспомнил уже, когда сюда, в дом пришли, а возвращаться не стал. Так что Светлана у нас взаперти.
– Поужинать-то ей всё равно надо, – настаивала я.
– Вы правы, благодарю за заботу. Я соберу что-нибудь и сама отнесу.
– Как вам квартира? Удобно?
– Квартира замечательная, благодарю вас! Я уже и супруга вашего благодарила. До сих пор не верю, кажется, сейчас толкнёт кто, я проснусь, а вокруг стены барачные. Вы насчёт… – начала она новую фразу, но умолкла, прерванная вбежавшей на кухню Дашей:
– Марь Васильевна, Маленькая, чем помочь? Анюта не спит, но я её к Стефану на колени пристроила. – Дружелюбно улыбнувшись Катерине, она представилась: – Я Даша.
– Катерина.
